Страна наша богата разнообразными природными ресурсами. Это нефть, газ, лес, питьевая вода, которая представляет серьезную ценность, и самая большая территория суши в мире. И вся таблица Менделеева у нас есть.
И вот парадокс - в богатейшей по природным запасам стране мира живет бедное население.
Мы полагали, что если введем частную собственность и рыночную экономику, то заживем как на Западе. Но не зажили мы как на Западе, потому что не сделали главного. Вернее, мы сделали главную ошибку, которую не делали на Западе. Мы природную ренту отдали в частные руки, а во всем мире этого нет. Во всем мире природная рента работает на государство, на население страны. И такие примеры есть, это Норвегия, Арабские Эмираты, штат Аляска в США, где рента начисляется на именные счета граждан, где создаются фонды будущих поколений, которые поддерживают экономику страны и страхуют ее от всевозможных непредвиденных колебаний.
Природные ресурсы там принадлежат государству. Другое дело, что с момента уплаты рентных платежей природные ресурсы становятся собственностью частной компании, добывающей эти природные ресурсы. У нас же даже такого понятия, как природная рента, нет. И сырьевые компании, добывая природные ресурсы, в общем порядке платят налоги. Да, мы не отрицаем, что они платят налоги. Но они должны платить больше, чем все остальные отрасли, которые не используют природную ренту.
В финансово-экономическом обосновании к нашему законопроекту, подготовленному учеными Центрального экономико-математического института, рассчитана природная рента по двум вариантам. Есть ценовой вариант, и есть вариант расчета по рентабельности.
Они, естественно, примерные, потому что все зависит от того, какой курс рубля к доллару учитывать, это достаточно оценочные показатели. И по разным вариантам эти богатства оцениваются от 320 до 380 трлн. долларов. Но я повторяю, это оценочные показатели, которые весьма условны. А вот расчет ренты, например, от добычи углеводородного сырья, достаточно реален, и такой расчет проведен. В частности, даже по заниженной стоимости нефти за прошлый год, я считаю, что нефть у нас стоила больше, чем 21,5 доллара, гораздо больше, так вот, стоимость ренты только нефтяной примерно 29,8 млрд., а по газу - около 34-35 млрд. долларов. Если вы сложите, получится где-то порядка 70 млрд.
Как считалось? Очень просто. Берутся экспортная мировая цена, внутренняя цена и разница. Так вот, разница между внутренней и экспортной как раз и является той рентной составляющей. Это один метод подсчета. И по этому методу мы посчитали - примерно 70 млрд. Есть второй вариант расчета - по рентабельности. Мы берем рентабельность отраслей добывающих и в среднем по промышленности. Далее разницу в рентабельности умножаем на объем, и получилось у нас, что рентабельность, например, в 2002 году в машиностроении - 11%, в нефтяной - 21%, в газовой - 47%, в цветной - 27%. Когда взяли разницу, умножили на объем, получилась рента, примерно совпадающая с теми оценками, которые я уже приводил. То есть это два разных метода, но результаты примерно совпадают.
В предложенном нами законе предполагается следующий вариант распределения этой ренты. Безусловно, мы какую-то часть оставляем нефтегазовому комплексу, по нашим подсчетам, примерно 7 млрд. долларов. Много или мало - это процесс обсуждения. И в процессе второго или даже первого чтения эти цифры можно уточнять. Думаю, что обязательно, когда будет обсуждаться этот законопроект, нефтяники свое слово скажут, и оно будет веским, и обязательно мы к нему прислушаемся. Все остальное, считаю, должно распределиться между государством и гражданами. Большая часть должна идти на счета граждан напрямую, это примерно порядка 40 млрд. долл. в год, то есть около 300 долл. на человека в год.
Мы предлагаем завести каждому сберегательную книжку, на которую будут перечислять эти деньги. Вторая часть пойдет в государственный бюджет.
Но не это главное новшество. Самое главное, что мы предлагаем вообще ввести понятие рентных платежей. Потому что сегодняшняя налоговая система позволяет уходить от уплаты рентных платежей в бюджет. Мы же предлагаем выделить рентную составляющую. И ту часть, которая идет сегодня в бюджет, направить на понижение налоговой нагрузки для всей промышленности. Что это даст? Во-первых, снижение нагрузки на обрабатывающие отрасли сразу же приводит к повышению их конкурентоспособности. А значит, к увеличению объемов производства, к увеличению занятости, повышению зарплаты со всеми вытекающими последствиями. Кстати, это тот же самый рост ВВП за ближайшие 10 лет в два раза. И инвестиции пошли бы не только в добывающую отрасль, но и в обрабатывающую. И сразу хочу подчеркнуть, что, когда мы говорим о распределении, подсчете ренты, мы имеем в виду не только нефть и газ, но и цветную, черную металлургию, электроэнергетику.
Если мы сейчас оставим все как есть, то, действительно, через несколько лет, когда закончатся нефть и газ, мы будем думать: а что потом? Потому что сегодня, сидя на нефтяной и газовой игле, мы фактически не развиваем обрабатывающие отрасли, что делает весь мир, кроме нас. Наш же законопроект нацелен на выравнивание рентабельности в отраслях обрабатывающих и добывающих, он приведет к перетоку капиталов в обрабатывающие отрасли, изменив характер развития российской экономики.
Валерий ГАРТУНГ.
Член Комитета Госдумы РФ по бюджету и налогам.
ИА "Регион-Блицинформ" - для "РТ".
Не пропустите самое интересное в Max и Telegram-канале газеты «Республика Татарстан»
Больше статей и новостей в «Дзен»
