...— Следующим номером нашей ис- ключительнейшей програм-мы — известный куплетист, рассказчик, автор-юмо- рист — любимец публики! Прошу оказать прием!..
Вот он стоит на сцене. Пока «любимец публики» выдерживает паузу, люди в зрительном зале имеют возможность внимательно его осмотреть. Он в широкой блузе. У шеи непременно пышный бант.
— Маэстро, прошу из арии «Не тяни меня, мама, из под теплого одеяла».
Сперва «любимец публики» работает только ногами. В творческих взлетах он описывает ими неповторяемые кренделя, яростно вздымает каблук и с силой опу- скает на деревянную обшивку сцены.
Потом он начинает игриво припевать веселенький мотив с нарочито скучающим лицом «под Бестер Китона» и...
— ...Раньше спросишь: как дела?
— Скажут: поправляются.
Теперь спросишь, как дела?
В суде, мол, разбираются.
Тай-рим, та-ти там тай-рам та-ти
рам
Эх... •
— ...Раньше спросишь, как жена?
Отвечают: хворая.
Теперь спросишь: как жена?
А это, мол, которая?
— ...Муж жене кричит: ты жаба!
Жена мужу: идиот!
По семейному масштабу .-
Самокритика идет.
Эстрадник стремится зло высмеять отсталость, мещанство и предрассудки, но получается или просто смешно от «разных антиресных слов», или просто смертельно скучно. Материал старый. Пустота и неудовлетворенность.
Работники эстрады поразительно далеко отстали от жизни. Все эти чтецы, куплетисты, лапотники с балалайкой не смогли ухватить смысл наших дней и застыли на материале Граммен.а, Зощенко и Шишкова 1924-25 годов.
На недавно прошедшей конференции рабочего зрителя почти все из выступавших в той или иной мере касались эстрады. Самый факт;' что на этой даже неудачной, немногочисленной конференции, столько внимания было уделено эстраде, говорит за то, что потребность в ней велика. Но характер этих выступлений еще раз подчеркивает тот тупик, в котором эстрада сейчас пребывает. Об эстраде говорили с раздражением, со злостью, как о человеке, на которого возлагали надежды и он вероломно обманул.
Передо мной лежат две тетради. Одна
— аккуратно обвернутая в бумагу, с закладками. Другая — толстая, распухшая от множества вклеек. Это — инструмент эстраднкка-чтеца, — куплетиста. В тетрадях собрай весь репертуарный материал, который преподносится рабочей аудитории.
Два-три хороших стихотворения, остальное — полное собрание сочинений убогой халтуры, беззубые остроты о человеческом «карактере», откровеннейшая позерхностная агитка, двусмысленность, а порой вредная идеологическая чушь. Эстрада не зовет на борьбу, она фальшивит, сбивается на неверный тон, путает, отвлекает от борьбы и изрядно отдает обывательской злобой.
Ну, как можно иначе расценить фельетон Ломакина «Музей революции», записанный в одной из тетрадей эстрадника?
В странствующем балагане показывают «памятники» резолюции. Под видом китайской резолюции демонстрируется пустота, в которой «сам товарищ председатель вика разобраться не может. Вот русская революция — другое дело».
А когда присутствующие просят показать русскую революцию, водитель по музею об’являет:
— А як ее показать, коли вона в Китай переехала. Сеанс окончен!
**
Следует-ли винить во всем этом работника эстрады и если винить, то в какой, мере?
Одних следует винить целиком и безоговорочно. Это — «любимцы публики», погрязшие в тине халтуры, шаркающие ножкой - и распевающие под мотив «Не тяни меня, мама...», в лучшем случае рифмованную ерунду.
Есть другие. С одним из них мне пришлось беседовать. Он чувствовал, что его репертуар староват, «и наивно мечтал о том, чтобы подобрать такой материал, который никогда стареть не будет».
И есть еще одна категория. Эти, когда к ним обращаешься, с требованием дать свежий, идеологически выдержанный и
злободневный материал, изумляются:
— Батенька, да я ведь работник эстрады... я должен веселить, а не доклады делать.
Большинство эстрадников жалуются на то, что нет репертуара. Но ведь многие из них сами могут писать! Эти авторы нового не замечают. Чего более. Вот уже десять лет, как существует Татреспубли- ка, а эстрада и этого не заметила. Национальный момент в работе эстрады не отражен.
Но больше всего приходится винить всю организацию рабис и, в частности, цех эстрады. Его фактически нет. Почти год тому назад рабис публично (в «Красной Татарии») давал обещание взяться за оздоровление эстрады. Были даже похвальные попытки организовать нечто вроде производственно-просмотровых вечеров, где бы работники эстрады про-слушивали друг друга, давали указания. Ни одного такого вечера не проведено.
Кустарями-одиночками влачат свое существование работники эстрады.
В ближайшем будущем предполагается созыв конференции зрителя со специальным вопросом об эстраде.
К этому вечеру каждый работник эстрады должен тщательно подготовиться.
Юниус.
Не пропустите самое интересное в Telegram-канале газеты «Республика Татарстан»
Больше статей и новостей в «Дзен»