КАК УСЫ ПЕШКОВА ПО УЛИЦАМ ВОДИЛИ
Несколько июньских дней Казань жила в ритме фестиваля искусств «Горький+». В этом году организаторы предложили взглянуть на писателя через призму авторов, которые формировали его самого: Чехова, Толстого, Достоевского. Открыл фестиваль Государственный театр Стамбула, показавший свою версию «Дяди Вани». Там же, в Театре Камала, Евгений Миронов и Юрий Башмет представили спектакль-концерт «Бедные люди», а Театр Наций привез «Вассу» с Юлией Пересильд. В Музее Горького и Шаляпина работал мультимедийный проект «Горький. И это конец?», а по улице Баумана прогуливались «Великанцы» из Питера (театр «Кукфо»), в том числе огромная ростовая кукла самого Горького.
Одним из самых обсуждаемых событий стала «Прожарка Горького» – литературный стендап, в котором классика неожиданно встретилась с современным юмором. Рядом существовали кукольный театр, опера, современная хореография, аудиоспектакли. Такое соседство разных форматов оказалось не случайным, а вполне осознанной стратегией фестиваля.
НЕ ВСЁ ПОЛУЧИЛОСЬ
Арт-директор фестиваля Евгений Миронов на пресс-ланче в казанском Музее Боратынского говорил о «Горьком+» как о живом проекте, который каждый год приходится собирать заново. По его словам, в нынешних условиях это особенно сложно.
«Фестиваль мог бы не состояться вот так (Миронов выразительно щелкнул пальцами), потому что, сами понимаете, сейчас долететь никуда невозможно. Начать фестиваль непросто. Но легко его закрыть, и потом очень трудно к нему вернуться. Поэтому мы рады возможности развивать наш проект дальше, – сказал арт-директор, но опять же оговорился: – Конечно, не всё, что мы запланировали, получилось. Это связано прежде всего с финансовыми возможностями. Но для меня важно, что самое главное, ради чего мы собирали этот фестиваль, все-таки состоялось».
Фото: © Белла Ахатова / «РТ»
При этом нынешняя программа стала одной из самых насыщенных за историю проекта. В Казани прошло более 30 событий, а часть из них организаторы сознательно перенесли на будущее.
ЛЕТЯТ КАК БАБОЧКИ НА СВЕТ
Разговор в беседке бывшей дворянской усадьбы вывел Миронова и других спикеров (продюсеров, режиссеров, артистов) на более широкую тему: как сегодня вообще разговаривать с публикой о классике?
«Поскольку фестиваль многожанровый, это позволяет хулиганить. В хорошем смысле. То есть браться за любой формат, который может заинтересовать публику и самих авторов», – объяснял арт-директор.
По словам Миронова, особенно важно, что в проект приходят молодые художники, у которых нет пиетета к прошлому. «Честно говоря, они летят, как бабочки на свет, со своими проектами, – признался он. – Но классики в программе всё равно больше, потому что темы вечные. Нам интересно, как сегодня молодые люди реагируют на те же вопросы войны и мира, любви, ненависти. Поэтому мы их и привлекаем».
«МНЕ КАЗАЛОСЬ, ЧТО ЭТО НЕПРИЛИЧНО»
Один из вопросов касался самого Миронова: изменил ли его фестиваль за три года существования? Ответ получился таким же личным: «Конечно, я учусь. Многие вещи я открываю вместе с фестивалем. Вы думаете, что я всё заранее знаю и понимаю? Нет. Я сам многое узнаю впервые. Я не представлял, что можно сделать стендап о Горьком. У меня это просто в голове не укладывалось. Я воспитывался в советской школе, и мне казалось, что это почти неприлично».
Миронов признался, что именно общение с молодыми режиссерами и авторами заставляет его по-новому смотреть на привычные вещи: «Они не могут ставить просто Горького или просто Чехова. Они современные люди. Поэтому через эти тексты всё равно проступает сегодняшний день».
«МОЕ ПРЕДСКАЗАНИЕ – ФЕСТИВАЛЬ БУДЕТ МЕЖДУНАРОДНЫМ»
Евгений Миронов рассказал, что накануне приезда в Казань у него были съемки в Петербурге – в фильме «Щелкунчик» молодого режиссера Феликса Умарова, снявшего перед этим «Пророка» – мюзикл о Пушкине.
«В «Щелкунчике» я играю Петра Ильича Чайковского. Меня снимали в пластическом гриме, а я всё время смотрел на часы и думал, успею ли на самолет в Казань. Очень хотелось попасть сюда вовремя», – подчеркнул народный артист.
Фото: © tatar-inform.ru
После короткого отступления о кино Миронов вновь вернулся к спектаклю «Бедные люди», который стал одним из центральных событий фестиваля: «Для меня это не история про бедность и богатство. Это история любви – трагической, несостоявшейся. Но она подарила двум совершенно разным людям несколько счастливых мгновений». Артист также вспомнил, как вместе с Юрием Башметом искал музыкальную интонацию спектакля: «Сначала Юра предложил Прокофьева. И для меня это было… знаете, как по стеклу наждачной бумагой. Я сказал: «Юрочка, мы останемся одни в зале». А потом вдруг возникла «Элегия» Чайковского – музыка невероятной красоты и нежности. И в этот момент всё сошлось».
Несколько раз разговор возвращался к международному будущему фестиваля. В пример Миронов привел турецкого «Дядю Ваню», открывшего программу, и недавние поездки команды «Горький+» в страны Латинской Америки, где интерес к русской литературе по-прежнему остается высоким. «Мое предсказание – фестиваль, безусловно, будет международным. Фигура Максима Горького известна далеко за пределами России и повлияла на многих режиссеров. Во многих странах его ставят даже чаще, чем в России», – заключил Миронов.
Фестиваль «Горький+» в Казани завершился, но оставил после себя пространство для дальнейшего разговора – о классике, современности и о том, как одно продолжает отражаться в другом.
Не пропустите самое интересное в Max и Telegram-канале газеты «Республика Татарстан»
Больше статей и новостей в «Дзен»
