ПО СЛЕДАМ ИВАНА ЛИХАЧЁВА
Розалия Миргалимовна, вы можете назвать главный музейный сюжет этого года?
Пожалуй, невозможно выбрать что-то одно. Но если говорить о том, что забирает особенно много сил и времени, то, наверное, это история рода Лихачёвых.
Казалось бы, про них уже всё давно известно.
Мы привыкли говорить об Андрее Фёдоровиче Лихачёве – археологе, этнографе, коллекционере как о создателе знаменитой коллекции, которая легла в основу в том числе нашего музея. Но сейчас мы глубоко погружены в биографию его старшего брата – Ивана Фёдоровича Лихачёва. (Подробнее «РТ» писала о нем в статье Дерзкий контр-адмирал и меценат: Казань готовится к 200-летнему юбилею Ивана Лихачёва.) Мы подняли огромный пласт архивов. Работали с Эрмитажем, Пушкинским музеем, Институтом истории, Центральным военно-морским музеем. И чем больше узнаем об этом человеке, тем сильнее поражаемся масштабу этой личности.
А что лично вас поразило больше всего в его биографии?
Наверное, тот факт, что его именем названы три географических объекта на Дальнем Востоке – два мыса и пролив. Я даже спросила директора Центрального военно-морского музея, много ли российских адмиралов получили такое же признание. И он не смог назвать больше ни одного имени.
У Ивана Фёдоровича невероятная судьба. В 13 лет он уехал из Казани. Потом были кадетский корпус, Крымская война, служба на Дальнем Востоке, дипломатическая работа в Европе. Последние годы жизни он был фактически главным экспертом по вопросам морского флота и безопасности российских границ. Император доверял ему безоговорочно. И возникает вопрос: почему человек такого масштаба почти неизвестен в родном городе?
Двухтомный каталог выставки «Лихачёвы. Жизнь как служение Отечеству», проходившей в ГМИИ РТ в 2023 году.
Фото: © автора
Когда три года назад мы открывали предыдущую выставку о Лихачёвых (нынешняя – «Ещё раз про Лихачёвых» – приурочена к 200-летию со дня рождения И.Ф.Лихачёва. – «РТ»), среди наших гостей были военные моряки, и многие из них искренне удивились, что имя Ивана Лихачёва практически никак не увековечено в Казани. Более того, именно они выступили с инициативой сбора средств на памятник адмиралу и открыли специальный счет.
То есть у этой истории будет продолжение?
Именно так. Мы считаем своей задачей увековечить память Ивана Фёдоровича Лихачёва. Необходим памятный знак не только в Свияжске, где находятся его могила и могила его матери Глафиры Ивановны (увы, обе они утрачены), но и в Казани. Кроме того, внимания требуют захоронения Лихачёвых в их бывшем родовом имении – в селе Полянки Спасского района. Для нас это уже не только музейная история – это вопрос исторической памяти.
ПОДУЛ ВОСТОЧНЫЙ ВЕТЕР
Казань готовится к саммиту Россия – АСЕАН. Музей тоже решил посмотреть в сторону Азии?
Да, это отдельная и тоже очень интересная история. Несколько лет назад к нам попала уникальная коллекция, связанная с Индонезией. Ее собирал российский дипломат, который много лет работал в этой стране. Там потрясающие вещи: акварели, батик, ритуальные маски, резьба по дереву. Около 60 предметов. Когда мы стали внимательно изучать коллекцию, то сразу поняли, что это полноценный выставочный проект. Тем более что в Казань приедут представители Индонезии, и нам важно показать, что музей может быть пространством культурного диалога. Для нас это не просто экзотическая выставка, это прежде всего образовательный проект. Мы хотим рассказать о культуре далекого региона, который сегодня становится ближе к России.
А ваши коллекции сегодня активно путешествуют?
Очень активно. Например, сейчас мы отправляем Фешина на полгода в Китай. Причем это уже вторая большая выставка его работ в этой стране. Наш авангард 1920-х годов постоянно участвует в крупных проектах в Москве, Петербурге и других городах. А практически весь Шишкин сейчас находится в Русском музее. Наша коллекция большая и очень известная. Ее собирал Андрей Фёдорович Лихачёв, который был лично знаком с художником. А перед этим мы показывали Шишкина во Владивостоке. Тогда же, к слову, военные моряки свозили меня в Находку на мыс Лихачёва. Вот видите, опять я о нем, потому что не отпускает.
ВЫСТАВКА В МЕТРО, «ПРИЮТ ЧЕЛОВЕКА» И ДЕТСКИЕ СЛЕЗЫ
Складывается впечатление, что в последнее время вас не меньше увлекают социокультурные проекты, такие как, например, недавняя выставка о волонтерах СВО.
Да, сегодня это действительно нужно людям. Сначала мы показали выставку у нас в музее, а потом разместили прямо в метро, где ее увидели сотни тысяч людей. Узнав о ней, к нам приехали волонтеры даже из других регионов. В основном это жены участников специальной военной операции. И я видела, как важны для них такие проекты.
По-моему, очень сильным получился и наш совместный проект с «Приютом человека». Фотограф Артур Назаров рассказал о подопечных этого благотворительного центра, где помогают бездомным людям. Он даже не профессиональный фотограф, просто очень неравнодушный человек, и посетители откликаются на такие проекты. Во время выставки мы провели благотворительный аукцион и собрали почти миллион рублей.
А еще мы работаем с подростками, которым в этой жизни тоже не очень повезло. Мы приходим к ним, они приходят к нам. И знаете, когда мы приглашаем их на наши выставки, они реагируют гораздо сильнее, чем благополучные дети. Те часто проносятся по залам, не отрываясь от смартфонов. А эти смотрят, сопереживают, у одного мальчика я видела даже слезы на глазах.
И, наверное, самое главное – нам самим хочется заниматься такими проектами. Мне кажется, сегодня людям это нужно даже больше, чем самая роскошная выставка из Эрмитажа. Ну да, там красивые вещи, но сегодня этого уже недостаточно.
СОВЕТСКОЕ СНОВА ИНТЕРЕСНО
Какие проекты еще входят в ваши ближайшие выставочные планы?
Сейчас мы готовим целую серию выставок советского искусства. Кого там только нет! Якупов, Куделькин, Фаттахов…
Соцреализм?
Соцреализм, да. Но сегодня начинаешь видеть то, что раньше часто оставалось за кадром: невероятный уровень мастерства, сильную композицию, потрясающие человеческие типажи. А какие там замечательные жанровые сцены на тему татарской деревни, трудовых будней! Но главное – лица. Настоящие, живые, очень выразительные. Мне кажется, молодому поколению будет особенно интересно увидеть этот мир, который они уже не застали.
Или вот недавно был случай. К нам на открытие выставки из Буркина-Фасо пришла женщина, сама она тоже из Африки и представляла международную женскую организацию. После этого она обошла весь музей и в зале Фешина буквально залипла перед портретом Ленина. Большинство посетителей обычно проходят мимо этой работы и останавливаются возле более известных фешинских полотен. А эта африканка очень долго стояла перед Лениным и даже сфотографировалась рядом с ним. Мне показалось это символичным, потому что произведение искусства живет собственной жизнью, и никогда не знаешь, какая именно работа произведет впечатление на конкретного человека.
Получается, картина сама выбирает, кому понравиться?
Наверное, да. Люди по-прежнему приходят к нам, чтобы увидеть Фешина, Шишкина, авангард, и мы гордимся своими коллекциями. Но искусство работает очень по-разному. Мне кажется, задача музея – не просто хранить произведения искусства, а создавать пространство для разговора о памяти, о сострадании, о том, что сейчас волнует людей.
Не пропустите самое интересное в Max и Telegram-канале газеты «Республика Татарстан»
Больше статей и новостей в «Дзен»
