Польша переживает тяжелые дни. Фабрики и заводы закрываются. Сорок процентов всего рабочего населения выброшено на улицу. Бумажный злотый, на поднятие и укрепление курса которого Польша ухлопала все золото, полученное взаймы под залог государственных имуществ и монополий, покатился вниз. Продукты широкого потребления неимоверно вздорожали и исчезли с рынка. Не проходит и дня без демонстраций и столкновений голодных безработных с полицией и жандармерией.
Причины, обусловившие столь жестокий кризис в Польше, не случайны и кроются во всей внутренней и международной политике польского правительства.
Внутренняя политика вся направлена на то, чтобы оберегать карманы буржуазии и свалить всю тяжесть государственных расходов на рабочих, служащих и деревенскую бедноту. Внешняя политика, в силу необходимости вечно прибегать к иностранным займам, свелась к тому, что Польша превратилась в подчиненное Англии и Франции государство.
По приказу Франции Польша ссорится с Германией. Под давлением Англии Польша никак не может урегулировать свои отношения с СССР. И так как выход для своих товаров Польша может найти только в Германию – на запад и в СССР – на восток, то ссора с обоими соседями приводит к полному застою польской промышленности.
Под двойным ударом безработицы и дороговизны в воздухе запахло революцией. И вот в эти трудные для польского пролетариата дни в Варшаве собрался с’езд ППС или польской партии социалистов.
Этот с’езд не мог, конечно, обойти молчанием надвигающиеся события. Но подход к этим событиям с’езд польских горе социалистов проявил вполне меньшевистско-эсеровский. Недаром на с’езде в качестве почетных гостей присутствуют сподвижники Керенского – меньшевик Дан и эсер Чернов.
Прежде всего с’езд признал, что несмотря на все старания партии ППС, революция в Польше все же возможна. Виновата в надвигающейся революции, которую социалисты называют не иначе, как катастрофой, буржуазия, не желающая договориться с ППС насчет способов предотвращения «катастрофы».
В случае, если революция разразится, польские меньшевики дают слово быть вместе с массами. Нам, пережившим февральскую революцию 1917 года, смысл такого обещания вполне ясен. Польские меньшевики, черпающие революционную мудрость у Данов и Черновых, попытаются удержать рабочий класс от захвата власти.
Несмотря на некоторые расхождения между делегатами, расхождения, касающиеся главным образом, вопроса о том, должна ли партия ППС и дальше нести ответственность за нынешнее правительство, или министры – члены партии – должны уйти в отставку, обе стороны согласны в том, что о диктатуре пролетариата не может быть и речи. Власть должна оставаться в руках буржуазии. Меньшевики могут либо участвовать в правительстве, то есть открыто помогать буржуазии подавлять революцию, либо стоять в стороне.
Такова логика меньшевиков. Но революция, как показали октябрьские дни в России, имеет свою собственную логику. Главари ППС заявили, что они будут с массами. Весь вопрос заключается в том, согласятся ли массы быть с меньшевиками.
Когда рабочий класс Польши с оружием в руках выйдет на улицу, он вряд ли станет искать руководителей среди польских Данов или Черновых. Когда грянет польский Октябрь, во главе революции станут польские коммунисты и поведут рабочий класс к победе так же, как ленинские большевики повели к победе пролетариат России.
Не пропустите самое интересное в Telegram-канале газеты «Республика Татарстан»
Больше статей и новостей в «Дзен»