Никто не забыт, ничто не забыто
Сегодня в нашей стране приспущены государственные флаги: Россия в пятнадцатый раз отмечает одну из самых печальных дат в своей новейшей истории - День памяти и скорби. В этот день 69 лет назад началась Великая Отечественная война, унесшая жизни более 27 миллионов наших соотечественников.
К этой дате мы приурочили цикл публикаций, одну из которых помещаем в данном номере.
С первых дней войны Хасан Шайдуллин находился в рядах Красной Армии. Свой путь по фронтам Великой Отечественной он отмеряет так: Дон - Волга - Днепр. Сталинградская битва и сейчас снится ветерану. Хасан Мухаметшинович, несмотря на свои пять ранений, после победного мая оставался в строю еще год.
Примерить солдатскую шинель Шайдуллину довелось уже на третьей неделе войны. Накануне ему как раз исполнилось восемнадцать лет, и он только что сдал в школе выпускные экзамены.
До сих пор памятен ветерану день проводов на фронт в родном Тойгильдине, что в Муслюмовском (в то время - Ворошиловском) районе. Трудно передать словами, что творилось тогда у здания сельсовета, где женщины прощались со своими мужьями и отцами, сыновьями и братьями. Вот и мать Хасана благословляла сына в неизвестность вместе с не менее дорогими ее сердцу мужем и братом. Оба с фронта так и не вернулись...
Всего же из Тойгильдина на войну ушли более трехсот человек. 131 односельчанин Шайдуллина с поля боя не вернулся, более восьмидесяти пропали без вести. 73 фронтовика получили ранения и большей частью стали инвалидами. В живых среди них сегодня остались только четыре человека.
...Обучение военному делу Хасан Мухаметшинович прошел в марийских лесах - в Суслонгерском лагере. Пребывание в нем запомнилось ветерану постоянным голодом да изнурительными тренировками с имитацией штыкового боя на трескучем морозе или в распутицу. Из оружия у солдат не было ничего, кроме хилых деревянных винтовок. После окончания многомесячной подготовки молодых бойцов, дополнительно подвергнув проверке особистами СМЕРШа, усадили в товарный поезд и через Ижевск отправили на юго-запад.
Выгрузили состав на пустынной станции в Воронежской области и приказали рассредоточиться в лесу поблизости. Первая же ночь оказалась страшной. Прошла она под уничтожающим огнем вражеской артиллерии и авиации - до линии фронта подать рукой. Бомбардировка оказалась первой и последней для десятков однополчан Шайдуллина. Новоприбывшие безусые солдаты погибали, не успев даже по-настоящему заглянуть в лицо смерти.
Наутро командир зачитал уцелевшим подчиненным свежеизданный приказ наркома обороны №227 "Ни шагу назад!" и за проявления паникерства пригрозил штрафбатом. Это в лучшем случае. В худшем - расстрелом. Так бойцы-новички осознали, в каком отчаянном положении оказались они сами, весь Юго-Восточный фронт и страна в целом. Оказалось, что после провала несколькими неделями назад наступления советских войск под Харьковом немцы стремительно приближались к Ростову-на-Дону, тесня части Красной Армии по всему южному направлению.
Впрочем, на воронежском участке пока шли лишь позиционные бои. Но без ожесточенных обстрелов со стороны немцев не проходило ни единой ночи. При этом, что поразительно, днем часто стояла полная тишина. Позиции противника были как на ладони - вон они, на противоположном берегу Дона. Только вот сил для их штурма не хватало. Главной же задачей наших частей стало удержание левого берега Дона, для чего вдоль реки создался укрепрайон.
Хасан-ага вспоминает, как целыми днями рыл с товарищами бесконечные глубокие окопы. Одновременно командование не оставляло попыток захватить плацдарм на другом берегу Дона - для осуществления возможного контрнаступления. Во время одной из таких переправ Шайдуллин был тяжело ранен и отправлен в госпиталь, расположенный в нескольких километрах от линии фронта в глухом лесу.
Под ружье Хасан Мухаметшинович вновь встал два месяца спустя, толком так и не долечившись. Из госпиталя вышел с бинтовыми повязками на плечах и груди - лечащий врач напутствовал: в пути-де заживет. Впрочем, в таком "некондиционном" виде на сборочном пункте у речного вокзала Саратова он оказался далеко не единственным. Публика на палубе парохода, отплывавшего в сражающийся Сталинград, собралась разнокалиберная. Тут были и танкисты, и артиллеристы, и пехота. У многих - руки в лангетах, головы, руки или даже ноги перемотаны марлевыми повязками. Все безоружные, зато улыбчивые, веселые - разумеется, от предвкушения скорой встречи с героями-однополчанами. Некоторые весь день распевали народные да военные песни...
Однако чем ближе к фронту, тем тише становилось на судне. Тишина вскоре превратилась в зловещую. С наступлением темноты, когда пароход миновал Камышин, на горизонте появились вражеские бомбардировщики. Вдали послышался грохот взрывов. Капитан судна поспешил отвести корабль ближе к берегу, где на якоре уже стоял другой пароход, - как выяснилось, встречный, с ранеными из Сталинграда. В укрытие отошли как раз вовремя - фашистские самолеты уже терзали пароходы. Судовые зенитки пытались отвечать врагу, но силы были неравными.
После часа борьбы наступила тяжелая развязка. Одна из бомб угодила в плавучий госпиталь, и судно опасно накренилось. Еще через несколько минут оно начало погружаться в водную пучину, постепенно увлекая за собой бессильно барахтающиеся на поверхности Волги тела.
Эта картина на всю жизнь врезалась Шайдуллину в память. Очнувшись от оцепенения и вспомнив об опасности уже для его судна, Хасан с другими бойцами бросился в воду, ища спасения на берегу. Наутро выяснилось, что продолжать путь к месту боевых действий придется пешком, - пароход получил пробоину. Целых трое суток сводная рота пешком двигалась к цели назначения - селу Коростень Сталинградской области. Отсюда для Шайдуллина и его сослуживцев начиналась самая страшная битва.
...В сталинградском пекле наш земляк вновь был ранен и едва живым покинул поле боя. Спасли его боевые товарищи и самоотверженная медсестра по имени Аня, которую он с тех пор, к сожалению, больше не видел.
Дальнейшая фронтовая судьба Шайдуллина похожа на постоянную смену картинок в детском калейдоскопе. Каждая последующая отлежка в госпитале (а всего их было пять) перемежалась с участием в оборонительных или наступательных операциях наших войск. Войну ветеран закончил после очередного тяжелого ранения, полученного при переправе через Днепр. Хасан Мухаметшинович в тот момент командовал взводом 323-й отдельной штрафной роты 40-й гвардейской стрелковой дивизии.
Демобилизовался гвардии лейтенант Шайдуллин в ноябре 1946-го и сразу вернулся на родину. Сегодня он - кавалер боевых орденов и медалей, ветеран труда, заслуженный экономист республики. Работал в передовом муслюмовском совхозе "Овцевод", поднимал послевоенное хозяйство. Позднее бывший фронтовик, имевший экономическое образование, пошел на повышение - в одно из подразделений Министерства сельского хозяйства республики.
Его принцип и поныне - быть полезным окружающим. Быть рядом с молодыми.
