Галина Уланова в балете "Бахчисарайский фонтан" Б.Асафьева умирала красиво и с предельной правдивостью. А в это время за сценой, в душевном волнении прижав руки к груди, с глазами, полными слез, замерла в неподвижности танцовщица кордебалета Суфия Хуснутдинова. Такой и увидала ее, вбежав за кулисы, Уланова... Растроганная эмоциональной восприимчивостью незнакомки, она приветливо улыбнулась и, расшнуровав свои туфельки-пуанты, протянула их Суфие. От нежданного подарка, полученного из рук примы советского балета, ее сердце радостно дрогнуло...
Этот эпизод, связанный с приездом в Казань народной артистки СССР Галины Улановой, и ныне живет незабываемой легендой в памяти близких Суфии Абдрахмановны Хуснутдиновой. А тогда, в августе 1952 года, под воздействием обаяния магической личности Улановой все последующие дни казанской танцовщицы были заполнены упорными занятиями у балетного станка. Не зная усталости, она стремилась наверстать время, отнятое у нее войной. И вдруг... опять заболели ноги. Только на этот раз, казалось, по венам текла не кровь, а какая-то обжигающая жидкость...
Вот ведь как оно обернулось. Пройдя войну, вернулась к любимому делу, вышла замуж, но какой-то невидимый снайпер, сидящий в своем скрытном гнезде, только и ждал момента, чтобы выстрелом наверняка попасть в самое сердце молодой женщины.
Погоня за временем стала бессмысленной. Прошлое и будущее пришли в неустойчивое равновесие. Каруселью закружились обрывки мыслей и воспоминаний.
...Зал Дворца культуры меховщиков. Школьницей Суфия спешила сюда на занятия хореографического кружка. Отсюда ее в 1940 году поманил настоящий балет. Обратив внимание на внешнюю привлекательность, трудолюбие и легкость, с которой казанская девочка осваивает задания педагога, московский хореограф Петр Гусев предложил ей роль девушки-птицы в балете "Шурале" Ф.Яруллина. Этот спектакль готовился для показа на Декаде татарского искусства в Москве в августе 1941 года. Осуществиться творческому замыслу удалось только после войны на сцене Татарского театра оперы и балета, а Суфия, сменив кирзовые сапоги на балетную пачку, все же станцевала девушку-птицу.
Предвоенный период... В нем осталось упоительное очарование первой любви. Чувства 17-летней балерины к Гаю Тагирову, балетмейстеру театра, были настолько сильны, что подвигли ее к решению идти добровольцем на фронт.
...Утопая по пояс в глубоком снегу, она вместе с другими связистками идет "след в след" по опушке леса. Одновременно с неожиданно раздавшимся выстрелом замертво падает в сугроб девушка, идущая впереди Суфии. Потом оцепеневшей от ужаса казанской балерине объяснят: быть первой или последней в цепочке - всегда опасно...
Связисту, младшему сержанту Талиповой (Хуснутдиновой она станет в 1950 году) приходилось устанавливать проводную связь на разных участках фронта. Был даже случай, когда во время боев за освобождение Польши несколько молодых фрицев, видно, заблудившись, ввалились в блиндаж наших связистов. Поняв это, гитлеровцы вскинули было автоматы, но были расстреляны подоспевшими красноармейцами.
Немало работы было у связистов и на освобожденных от врага территориях - в городах Штеттине (Щецин), Бромберге (Быдгощ) и других, где создавались советские комендатуры. Четкая координация действий между фронтами, участвующими в последних сражениях с фашистами, также во многом зависела от них.
...Суфия Хуснутдинова взглянула на свои ноги. Провела по ним руками. Эти стройные красивые ноги когда-то очень быстро научились безупречно выполнять пять исходных балетных позиций, прошагали сотни фронтовых верст. Что ж, если суждено расстаться со сценой, надо успеть станцевать в пуантах Улановой... Суфия "примерила" перед зеркалом улыбку. Получается, как прежде, легко, без натуги. Значит, надо настраиваться на новую жизнь...
В том же 1952 году Хуснутдинова в пуантах Галины Улановой станцевала китаянку в "Красном маке" Р.Глиэра. Продолжая какое-то время работать в театре, поступила учиться на заочное отделение Казанского жирового техникума. В следующем году родила дочурку Гузель. Несмотря на трудную послевоенную жизнь, она все-таки скопит деньги на покупку пианино. И не важно, что дочь не станет пианисткой. Главное - эмоциональная восприимчивость музыки, интуитивное тяготение к прекрасному. Сын Дамир тоже не найдет призвания в области искусства, станет военным. Но навсегда сохранит благодарность другу семьи - композитору Анвару Бакирову, подарившему ему первую скрипку в пору учебы в музыкальной школе.
...Судьба, как известно, склонна испытывать человека, проверять его на прочность. В 1956 году, окончив техникум с отличием, Суфия Хуснутдинова начнет работать мастером на заводе "Татхимфармпрепараты". Казалось бы, жизнь наладилась, самое время им с мужем Рафаилем обзавестись и сыном. Тут-то и последовал удар судьбы. Когда она находилась в роддоме, умерла ее мать. Спустя месяц после этого ушел из жизни муж, артист филармонии Рафаиль Хуснутдинов. Несчастная женщина, чтобы прокормить детей, работает в две - три смены. Ее материнское сердце всякий раз изнывало от волнений за дочь и сына, которые оставались одни в квартире в полуподвале дома на улице Сайдашева.
С открытием филиала завода на улице Коротченко в Сталинском (ныне Вахитовском) районе Хуснутдинову назначают его руководителем.
- Она всегда помогала людям, - вспоминает ветеран завода Роза Ивановна Евдокимова. - Хлопоча о жилье для нас, мастеров и передовиков, Суфия Абдрахмановна не забыла и неприметную одинокую женщину, которая работала уборщицей. Никогда не боялась людей защитить. Был случай, когда рабочие отравились беленой. Пришли на смену и по привычке хлебнули из чана настоя (они же все на спирту готовятся). А пришли домой мужички, и обнаружилось, что у них "крыши поехали". Во всем хотели обвинить мастеров, так Хуснутдинова горой за них встала.
У нас работали в основном деревенские женщины. Времена были тяжелые, вот родственники и присылали продукты. В обед, бывало, работницы выставят еду на общий стол и обедают вместе. А у Суфии Абдрахмановны в перерыв обязательно находилось "срочное дело", потому что еду на работу не приносила, все оставляла детям, чтобы не голодали, а сама от недоедания даже сознание теряла. Но усадить ее за общий стол было трудно - отнекивалась, что, мол, не хочет кушать, или же возьмет всего кусочек хлебного сухарика...
Скромная была, на доброту отзывчивая. С удовольствием репетировала с молодежью танцевальные номера художественной самодеятельности. Вообще, мы любовались ее статью, легкой походкой, женственностью. Сама шила, но даже простой фасон у нее отличался какой-то индивидуальностью. А сколько про театр и балет рассказывала!.. Показывала движения с непонятными названиями для нас, да так красиво и изящно, что мы смотрели как завороженные.
На заводе Суфия Абдрахмановна Хуснутдинова работала до 1983 года. За это время к ее фронтовым наградам прибавились трудовые. Но театр, балет оставались незабываемыми. По ее просьбе заводской художник нарисовал портрет Галины Улановой, который вместе с небольшой коллекцией фарфоровых статуэток-балерин теперь хранится в доме дочери, кандидата технических наук Гузель Рафаиловны Стрекаловой.
- Все мы любили искусство, - вспоминает Роза Витальевна Семенова, в прошлом балерина ТГАТ им. М.Джалиля и, к слову сказать, хореограф знаменитого казанского фигуриста Александра Фадеева, - но для Сони (так она всегда называла Суфию. - З.Т.) театр и балет были необходимы как воздух. Она боготворила Уланову. И чем-то на нее была похожа. Это заметила и сама Галина Сергеевна.
Красивая была Соня! Это все в театре признавали. После войны мы с ней сшили одинаковые розовые кофточки и клетчатые юбки с завышенной талией. Ходили на танцы в филармонию. Соня никогда не оставалась незамеченной...
...Судьбе не удалось загнать Суфию Абдрахмановну в болото горького одиночества. Она не забывала боевых подруг, на встречу с которыми ездила в Ленинград. Не чуралась дружбы с людьми заводскими. Не теряла душевного контакта с балеринами Розой Семеновой, Лялей Сатаровой, Анной Гацулиной, Мариной Поливановой и Нинель Юлтыевой. Будучи поклонницей таланта последней, ее именем назвала первую внучку.
Собственно, во внучке и воплотилось то, о чем мечтала ее бабушка. Шестилетняя Нинель после похода на балет "Жизель", распустив волосы и встав на цыпочки, кружила по квартире, восклицая: "Даванием, даванием (бабушка - тат. З.Т.), я похожа на Жизель?"
И вот 1991 год. На сцене театра оперы и балета идет концерт новоиспеченных выпускников хореографического отделения Казанского музыкального училища. В ложе бенуара - прославленные балерины Нинель Юлтыева, Анна Гацулина, родители юной Нинель и, конечно, ее любимая давани. Нинель танцует па-де-де из балета П.Чайковского "Щелкунчик". Суфия Абдрахмановна, не отрываясь, смотрит на внучку. Сейчас она не бабушка, для которой ее внучка всегда самая лучшая, а самый строгий экзаменатор, фиксирующий малейшие нюансы танца.
После концерта она не сразу прошла за кулисы. Все ее существо еще пребывало в напряжении. А за сценой, обняв внучку, сказала: "Ты молодец, шаг был красивый" - и не сдержала слез.
В следующем году, уже будучи артисткой Татарского театра оперы и балета, Нинель участвовала в Нуриевском фестивале. С Морихиро Ивата, танцовщиком из Японии, она танцевала вставное па-де-де из балета "Жизель". Из-за болезни бабушка не могла присутствовать на этом выступлении, поэтому специально для нее сделали запись на видеокассету. Прокручивая ее вновь и вновь, она вслух комментировала танец внучки: "Здесь недодержала... недокрутила... Я же говорила, что руки всегда можно удлинить правильным положением..." Смотрела эту видеокассету и накануне того июньского дня, когда ее жизнь подошла к финалу. Она уже не увидит последующих успехов внучки. В частности, в 1997 году, когда зал рукоплескал артистке, станцевавшей принцессу Аврору в балете "Спящая красавица" П.Чайковского. И мало кто из восторженной публики знал, что вместо заболевшей московской балерины Елены Князевой всего с одной репетиции сложнейшую хореографическую партию исполнила молодая казанская балерина Нинель Мочалова.
Как бы там ни было, Суфия Абдрахмановна Хуснутдинова завершила свое жизненное фуэте совершенным по чистоте. Ей удалось удержаться от падения. В этом побудительный смысл ее жизни, и потому, мне кажется, она заслуживает, чтобы о ней знали...
Зульфира ТУГАНОВА.
Не пропустите самое интересное в Max и Telegram-канале газеты «Республика Татарстан»
Больше статей и новостей в «Дзен»
