Предстоящий шестидесятый День Победы станет "радостью со слезами на глазах" и для нескольких десятков ветеранов труда ордена "Знак Почета" акционерного общества "Северо-Западные магистральные нефтепроводы", прошедших в молодости огневыми верстами Великой Отечественной войны.
Естественно, как и все мы, они разные по характеру и жизненным взглядам, по отношению к прошлому нашей страны и происходящим в последние полтора десятилетия переменам, но при всей неповторимой индивидуальности каждого всем им без исключения присущи две роднящие их черты. Во-первых, каждый бывший фронтовик, кем бы и на каком бы участке войны ни сражался, будь то в качестве пехотинца, артиллериста, связиста, медсестры или в каком ином, исполнял он свой ратный труд со всей совестью и умением, со всей отдачей физических и душевных сил. Во-вторых, с такой же полной самоотдачей трудился затем бывший солдат на мирном фронте - на том или ином участке нефтепроводного транспорта, куда пришел сразу после войны прямо в военном обмундировании за неимением другого, сняв лишь погоны.
В полной мере это - неиссякаемое трудолюбие, высокий профессионализм и беззаветная преданность избранному делу - относится и к людям, кому выпала честь представить на страницах "Республики Татарстан" ветеранский корпус ОАО "СЗМН" накануне 60-летия Великой Победы. Это Екатерина Николаевна Дементьева - в недавнем прошлом техник отдела главного механика Ромашкинского районного нефтепроводного управления (РНУ) из Лениногорска, Дмитрий Иванович Иванов - моторист автотранспортного цеха Альметьевского РНУ из Альметьевска, Антонина Ефимовна Медведева - старший бухгалтер военизированной охраны №17 СЗМН из Бугульмы и Юрий Семенович Попов - заместитель начальника Казанского РНУ из Казани.
И тут самое время сказать, что этих четверых ветеранов войны, как, впрочем, опять-таки всех фронтовиков, объединяет еще одна, третья по счету, общая черта, которая натягивается, как струна, в душе каждого из них всякий раз накануне круглой годовщины Победы. Название этой объединяющей черты - ощущение фронтового братства. Ощущение тем пронзительнее, чем отдаленнее во времени грохот военных сражений и чем длиннее пропадающий за горизонтом журавлиный клин тающих в небе солдатских душ... Об этом и одна из щемящих песен о войне:
Запомним братство фронтовое,
Как завещание святое!
На всю оставшуюся жизнь...
На всю оставшуюся жизнь
Нам хватит горя и печали.
Где те, кого мы потеряли
На всю оставшуюся жизнь?
"Потерпи, миленький, немного"
К началу войны Антонина Медведева, окончив после школы курсы повышения квалификации, работала лаборанткой на Бугульминском крупозаводе. На фронт ее призвали в 1942-м. Вместе с другими бугульминками она сначала попала в Калугу, затем на станцию Кудринскую, где девчат распределяли по воинским частям. Первую ночь вблизи фронта пришлось коротать в шалашах. Немецкая авиация бомбила аэродром, расположенный неподалеку. Встревоженные грохотом от разрыва бомб и пулеметных очередей девушки-новобранцы, конечно же, не смогли сомкнуть глаз. Для них эта бомбежка стала боевым крещением.
На другой день Антонину с подругами определили ухаживать за ранеными. Вот так она оказалась в передвижном полевом госпитале №189, который относился к 50-й армии 2-го Белорусского фронта. Армией тогда командовал генерал-лейтенант Болдин, а фронтом - маршал Рокоссовский.
Первое время Медведева служила связной. Доставляла документы и донесения в штаб фронта - за несколько десятков километров от госпиталя. Добираться приходилось где пешком, где на попутках. Ее возвращения ждали не только командиры, но и раненые, ведь из штаба она привозила почту для всего госпиталя...
Чтобы немцы не могли заприметить госпиталь, его всегда располагали в лесу, подальше от населенных пунктов. В то время на Смоленщине шли кровопролитные бои, раненых привозили большими партиями. Оказывать им первую помощь приходилось под разрывы фашистских бомб и свист пуль. Трудились сутками, не зная отдыха: раненые, понятное дело, требовали к себе постоянного внимания. Неудивительно поэтому, что Антонина оказалась нужнее госпиталю в качестве санитарки, нежели связной. Кроме ухода за ранеными, девчатам приходилось выполнять много другой работы. Обслуживающий персонал госпиталя жил в землянках, которые сам и строил. Надо было вырыть лопатами котлован, напилить бревна, заготовить дрова. Кроме этого, девчата постоянно заступали в наряды по кухне и в караул.
Заступавшим на пост выдавали тулупы и валенки. А деревья в лесу пилили в чем придется. Однажды зимой на заготовке дров у Антонины примерзли ноги к сапогам. Подружки послали ее отогреваться в ближайшую землянку. Только она присела у "буржуйки", как в землянку зашел командир. "Ты чего это здесь рассиживаешь, когда другие работают?" - строго спросил он. "Да вот ноги к сапогам примерзли...", - стала оправдываться Антонина. Командир глянул и тут же приказал кликнуть из леса остальных: "Наморозитесь, отвечай потом за вас", - проворчал он и приказал напоить девчат горячим чаем.
Отступая, немцы за собой все сжигали дотла. В деревнях после фашистов торчали лишь черные печные трубы. Перебазироваться приходилось часто, а значит, и землянки строить вновь, и лес пилить, и обустраивать палатки для раненых. При одной из таких передислокаций Антонине пришлось даже во вражеском окружении побывать...
Случилось это в 1944 году, когда наши войска освобождали Минск. Группировка немцев тут достигала ста тысяч человек. Несколько человек из госпиталя, среди которых была и Медведева, на двух машинах поехали ближе к передовой, чтобы выбрать и подготовить место для размещения госпиталя. Взяли с собой медикаменты и запас продуктов на сутки. Не успели приехать и осмотреться, как стали подвозить раненых. Хорошо поблизости оказались какие-то бараки, которые немцы не успели сжечь. Девчата натаскали туда соломы, постелили парусиновые палатки и стали размещать раненых бойцов. А их все везли и везли, на вторые сутки было уже человек двести. А тут неожиданно немцы захватили шоссе, ведущее к госпиталю, и медсанбат таким образом оказался в окружении. Продуктов едва хватило на сутки, потом обратились за помощью к местному населению. Жители сразу откликнулись на просьбу: испекли хлеб, принесли кто что смог. Санитары валились с ног от усталости, оказывая первую помощь раненым. Но для бойцов едва ли не хуже боли и голода оказалось отсутствие табака. Только через три дня, когда советские войска отбили шоссе, прибыло подкрепление из госпиталя, привезли медикаменты, продукты и курево.
Тогда же, в 1944-м, Антонину Медведеву наградили медалью "За боевые заслуги". А за участие в освобождении города Гродно ей пришла личная благодарность от Сталина. По этому поводу командир написал письмо родителям девушки.
Иной раз вспомнится Антонине Ефимовне кто-то из ближайшего окружения тех грозных лет, кто пал на поле боя, и заболит-заноет сердце... В Смоленской области недалеко от города Масальска ей довелось стать очевидцем боев за высоту, которая носила название "Зайцева гора". Этот клочок земли несколько раз переходил из рук в руки, не счесть наших бойцов, что сложили головы на той высоте. Воевали там солдаты и из Казанской дивизии. Сотни раненых были доставлены тогда в передвижной госпиталь. Санитары едва успевали оказывать им первую помощь и отправлять в тыл...
Вот говорят: передовая, линия фронта. Честно признаться, линию фронта Антонине Медведевой довелось видеть только раз, да и то через бинокль. Она не убила на войне ни одного фашиста, но, будучи санитаркой в передвижном госпитале, спасла жизни сотням наших бойцов. "Потерпи, миленький, немного", - эти слова тысячи раз, наверное, произнесла она за годы войны. Научилась быстро накладывать повязки на раны, сворачивать самокрутки.
Война для Антонины Медведевой закончилась в 1945-м под Кенигсбергом. Вернулась она в родную Бугульму. Последние двадцать лет перед пенсией трудилась старшим бухгалтером военизированной охраны №17 в "Северо-Западных магистральных нефтепроводах". Кавалер ордена Отечественной войны второй степени Антонина Ефимовна Медведева вырастила троих детей, сейчас находит радость жизни в общении с пятью внуками и двумя правнуками.
Две войны солдата Иванова
Порой диву даешься, сколько же испытаний выпадает на долю одного человека. А он от них не гнется, не ломается, а только закаляется, становится крепче духом.
Нашему земляку Дмитрию Ивановичу Иванову судьба послала две войны - обе жестокие, кровопролитные. Но, видно, в рубашке родился он: жив остался, лишь получил небольшое ранение. А смерть шла за ним по пятам.
- Случилось это на Халхин-Голе, - вспоминает Дмитрий Иванович. - В один из дней, мы находились тогда в приграничном городке Дзамин-Удэ, поступил приказ доставить груз на автомашинах в нашу часть. Только мы с напарником направились к своим полуторкам, слышу гул. Вылетают из-за облаков семь японских самолетов и давай бомбить расположение. И на моих глазах мою машину точным попаданием бомбы в щепки разнесло. Если бы бомбежка началась двумя-тремя минутами позже, не сидеть бы мне сейчас тут с вами...
В сороковом году вернулся военный шофер Дмитрий Иванов к себе домой. Устроился в совхоз "Первомайский" Чистопольского района. Стал, как и прежде, крутить баранку. Работал на уборке хлеба, мотался с грузом то в Чистополь, то в Казань.
- Когда объявили о нападении на нашу страну Германии, я был в командировке в Чистополе, - рассказывает Дмитрий Иванович. - Вернулся домой, а там уже ждет повестка. Собирали призывников в Казани, потом эшелоном отправили на Москву. Попал я в 334-ю стрелковую дивизию, которую в скором времени перебросили под Москву. Было это в октябре сорок первого. Вот в книгах пишут: бились не на жизнь, а на смерть. Так оно и было. Без нормального сна, отдыха (успел на ходу вздремнуть, на привале соснуть - хорошо), без полноценной еды (до 43-го солдат воевал полуголодный) били мы врага изо всех сил. А погибало нашего брата немерено. Помню озеро в Смоленской области. Перед минометным дивизионом, в котором я воевал наводчиком, была поставлена задача прикрыть наступление пехоты на противоположный берег, где засел фашист. А он, гад, соорудил там четыре пулеметные точки. И вот началась атака. Пехота бежит по льду, вражеские пулеметы поливают ее очередями, да еще бомбардировщики налетели. Много наших солдат полегло там, кто от пули, снаряда, кто в полынье утонул... Выбили мы тогда немца с озера.
Вскоре наводчик Иванов сменил гашетку орудия на баранку полуторки - как-никак водитель со стажем. Возил снаряды на передовую, прямиком к орудиям. Идет бой, над головой с воем снаряды от пушек летят, а он, стараясь не замечать этого, спешит быстренько разгрузиться, погрузить раненых - и в обратный путь, чтобы успеть еще рейс с боеприпасами сделать.
- Сколько раненых пришлось перевезти - не пересчитать! -будничным голосом говорит мой собеседник. - И вашего брата - женщин - много среди них было. Связистки, разведчицы, минометчицы. Кто без руки, кто без ноги, кто в живот раненная. Страшно смотреть! Не дело это - женщина на войне. Ей бы дома сидеть, детей рожать, а она в окопах, в грязи, с ружьем наперевес. Беда... Помню, грузили раненого старшину, ниже пояса - сплошное кровавое месиво. Лежит, зубами скрипит. Жить не хочу, говорит, вот увижу отца с матерью, а там с богом. А сестрички уговаривают: "Что ты, руки есть, голова на плечах. Поживешь еще!". Вот уж не знаю, добрался ли он до дома. Мы ведь довозили раненых только до санбата, оттуда еще до тылового госпиталя добираться им нужно было.
Но как бы горько и тяжело ни было, наступил перелом в войне, погнала Красная Армия врага на запад. Вместе со всеми советскими воинами туда шагал, точнее ехал, на своей, ставшей родной полуторке и Иванов. Смоленская область, Латвия, Кенигсберг... Близилась к концу Великая Отечественная.
- 6 или 7 мая 1945 года, - продолжает Дмитрий Иванович, - нам, водителям, дали задание отвезти балки в непролазное для танков место, чтобы по гати тяжелая техника смогла проехать. Подъезжаем к лесу, а тут навстречу бежит солдат и строчит из автомата в воздух. Мы вначале подумали, что что-то стряслось, а он кричит: "Победа! Гитлер капут! Берлин капитулировал!". Так мы узнали о Победе.
Демобилизовался Дмитрий Иванович лишь через год - пришлось еще послужить на Северном Кавказе в городе Черкесске. А когда вышел приказ, то литером через Москву вернулся на родину. А там свой фронт - мирный. Нужно было поднимать колхоз, остававшийся в военное лихолетье на бабьих да детских плечах. Впрягся бывший солдат в работу, теперь уже на мирных полях крутил баранку. Вскоре привел бывший фронтовик в дом молодую хозяйку Зою Петровну.
- И смех и грех вспоминать, - смеется ветеран, - вместо свадебного кортежа пешком привел из соседней деревни невесту. Вечером собралась родня, посидели немного, вот и вся свадьба. Первый раз сфотографировались с женой лишь в 1958 году, до этого все недосуг было.
Семья Ивановых год от года росла. Зоя Петровна родила супругу пятерых детей. В начале 70-х переехали в Альметьевск. Дмитрий Иванович устроился работать в Альметьевское районное нефтепроводное управление - вначале слесарем, затем мотористом. На заслуженный отдых ушел с этого предприятия.
В этом году Дмитрий Иванович справит два знаменательных события - 60-летие Победы и свой 90-летний юбилей. Надеется, что оба раза за большим столом соберутся дети, внуки, правнуки. Мы заранее присоединяемся ко всем теплым заслуженным словам, которые будут сказаны в адрес уважаемого ветерана, и хотим поклониться до земли солдату Иванову и всем другим фронтовикам за дарованный мир.
Несломленная
У каждого из нас случаются моменты, когда проблемы, огорчения будто сговариваются между собой и лавиной обрушиваются, проверяя тебя на твердость духа и крепость характера. Где и как обрести силы, увидеть искру просветления и достойно выйти из мрачного лабиринта обстоятельств?
Так вышло, что знакомство с Екатериной Николаевной Дементьевой и заставило взглянуть меня на свои невзгоды сквозь призму впечатлений о той встрече. И показались они, собственные невзгоды, просто пустячными в сравнении с теми, что вставали на жизненном пути этой поистине мужественной женщины с добрым, чутким сердцем.
Екатерина Николаевна - живая легенда в Ромашкинском нефтепроводном управлении. Судьба этой простой русской женщины весьма схожа в деталях со многими другими судьбами ее сверстниц до той черты, которая разделила ее жизнь на две половинки: до войны и после.
Родом она из деревушки Резяпкино Самарской губернии, где получила начальное образование и уехала в тридцатые годы после раскулачивания с родителями в поисках лучшей доли. Отец служил на железной дороге в Кемерове, а затем в Челябинске, где Екатерина окончила восемь классов и поступила в школу по подготовке специалистов пожарной охраны.
Как сейчас помнит 21 июня 1941 года. В 12 часов дня курсантов собрали и объявили о начале войны. Все как один подали заявление с просьбой отправить на фронт. Несмотря на бронь из-за специальности, Екатерина Дементьева после нескольких отказов сумела-таки убедить начальство в военкомате, что ее место - в рядах защитников Отечества. К тому времени она прошла уже курсы медсестер, и это было ее главным аргументом. Вначале служила в прифронтовом госпитале. Ее это не устраивало. И в 1942-м попала в медсанбат стрелковой дивизии 3-го Белорусского фронта. Здесь и столкнулась с истинным лицом войны. Без страха и сомнений на передовой санинструктор Дементьева вытаскивала на себе раненых, облегчала их страдания прямо под разрывами бомб и артиллерийскими обстрелами. "Хотелось в землю врасти, чтобы выжить и спасти раненого, но страха не было", - вспоминает она. И веришь в ее искренность.
Летом 1944 года в одном из боев под Витебском ее ранило. Очнулась в госпитале, инстинктивно потянулась рукой до ноги, которая нестерпимо болела, и, с ужасом обнаружив ее отсутствие, вновь потеряла сознание. Как потом ей объяснили, ампутация была неизбежной. Так в 22 года молодая красивая девушка стала в одночасье инвалидом. На мой вопрос: "Что помогло выстоять, не пасть духом?" - Екатерина Николаевна после долгой паузы говорит, что, наверное, острое желание жить после всего пережитого и увиденного на войне. И весь последующий период своей жизни она никогда не была в тягость окружающим, стремилась в гущу событий, к людям, не искала теплого насиженного местечка. Да, собственно, никто ей и не предлагал его. Сколько после войны в стране было выживших, но страдающих душой и телом от ран не только мужчин, но и женщин и даже детей!
В сентябре 1945 года Екатерина Николаевна поступила в Куйбышевский техникум пищевой промышленности, окончила его с отличием. Несколько лет проработала экономистом на Бугульминском мукомольном комбинате. По воле случая, когда была в отпуске в родных краях, заглянула в Клявлинскую нефтепроводную контору. Нефтяная отрасль только зарождалась, как магнитом, притягивала к себе людей, и она, захотев испытать себя в новом деле, попросилась на работу. Тогдашний начальник конторы выслушал ее, с плохо скрываемым сомнением оглядел с головы до ног, но принял нормировщицей. Эта должность была связана отнюдь не с сидячей - в кабинете - работой, а с изнурительным ежедневным обходом трассы от Клявлино до Байтугана. И Екатерина исполняла свое дело на совесть. Шагала на протезе и не жаловалась. Затем на протяжении многих лет вплоть до ухода на пенсию она преданно трудилась в Ромашкинском РНУ техником в отделе главного механика. И предприятие ей помогало в трудные моменты, которые, конечно, были, как у всякого человека, даже такого сильного, как она. Судьба распорядилась так, что воспитала Екатерина Николаевна троих племянников. Пока подрастали, дали ей двухкомнатную квартиру.
Племянники давно повзрослели, получили образование, трудятся сегодня в разных отраслях народного хозяйства. О тете своей помнят всегда с благодарностью. Не забывает ветерана войны и труда, награжденную орденами Красной Звезды, Отечественной войны, многочисленными медалями, в том числе "За отвагу", и родное предприятие.
Не сломленная войной, она не теряет бодрости духа и поныне. Оптимизма этой мудрой, сильной женщины хватает на всех, кто с ней знаком. Общаясь с нею, поневоле заряжаешься жизнелюбием. Екатерина Николаевна в беседе со мною обронила такую фразу: "Мне повезло с хорошими людьми на каждом повороте судьбы". А те наверняка думают так же о ней.
Засада на дороге
- Нашему отряду, которым командовал Хорев, дали задание добыть "языка" или, в крайнем случае, ценные документы о планах немцев на одном из участков Волховского фронта. На выполнение мы вышли ночью 5 ноября 1943 года, пользуясь тем, что ночью движение гитлеровцев на дороге Ленинград - Луга - Псков затихало, выбрали участок между населенными пунктами Ящера - Сорочино, обговорили план действий и на день отошли в лес. Ближе к вечеру вышли на намеченное место засады. Группа захвата, которую возглавил Хорев, заминировала дорогу и осталась в засаде, а мы, две группы прикрытия, должны были затаиться метров за сто по противоположным сторонам. Правую группу - со стороны Луги - возглавил я, левую - со стороны Ленинграда - Румянцев. В каждой группе прикрытия было три человека, вооружение - два автомата, один пулемет.
Партизана Станько я поставил слева от себя, указал сектор обстрела и объяснил его задачу. Справа, за огромным муравейником, мы установили пулемет, за которым остался Жуков, бывший власовец. Поясню, откуда он появился. К тому времени дела у немцев под Ленинградом заметно ухудшились, и они, засомневавшись в лояльности к ним власовцев, стали готовить их к переброске на Западный фронт. Тогда отдельные группы власовцев, на чьих руках не было крови нашего населения, стали переходить к нам, партизанам. Из штаба пришло указание принимать их и заставлять воевать с немцами. Одним из перешедших к нам и был Жуков.
Сумерки быстро сгущались, было морозно и зябко из-за болотной влажности. Долго ли, коротко ли, показались огни вражеских машин. Мимо нас проехали мотоциклисты и легковая машина, мы приготовились встретить огнем следующую. Взрыв мины прозвучал в тот момент, когда к нам приблизилась вторая машина. Станько ударил из автомата по мотоциклистам, а я открыл огонь по машине. Не услышав пулемета, посмотрел направо: Жукова там не было. Вижу, он бежит в сторону Станько. В несколько прыжков я настиг его и с криком "Назад!" со злостью ударил Жукова, лицо которого выражало бесконечный испуг. Он, похоже, пришел в себя и повернул к пулемету. Из сползшей в кювет машины раздавались вопли раненых немцев, к ним спешили на помощь другие гитлеровцы, спрыгивая с затормозивших машин колонны. Застучал пулемет Жукова, я метнул в набегавших немцев гранату, и мы, не прекращая огня, стали, петляя среди деревьев, отходить к группе захвата.
Однако ее на месте не оказалось, мы увидели лишь взорванную легковушку и четыре вражеских трупа. Не мешкая, по заранее намеченной тропе в лесу мы отправились к назначенному командиром месту сбора. Оказалось, что прошло уже более часа с момента начала боя. Благополучно перейдя речку, мы встретились в условленном месте с остальными участниками операции во главе с Хоревым и за ночь вернулись в партизанский лагерь...
Это лишь один эпизод из боевых будней Юрия Попова, воевавшего на территории, прозванной партизанским краем, в тылу у немцев, рвавшихся к Ленинграду. В 1942-м восемнадцатилетнего Попова Башкирский обком комсомола направляет по его заявлению в Москву в спецшколу, готовившую партизан для заброски в тыл врага. Вскоре он по распоряжению Ленинградского штаба партизанского движения оказался в Валдайской опергруппе Северо-Западного фронта. Вместе с боевыми товарищами партизан Попов активно участвовал в диверсионной работе, пуская под откос вражеские эшелоны, взрывая мосты, железнодорожные пути, нападая на гарнизоны и колонны немцев. Отряд Александра Хорева, в составе которого Юрий Попов возглавлял диверсионную группу, был сброшен на парашютах в тыл крупного соединения врага и, постоянно кочуя, наносил ему чувствительные удары, разрушая коммуникации, выводя из строя пункты жизнеобеспечения. Эпизод, который вспомнил сегодня Юрий Семенович, как раз из этого периода его боевой жизни. Кстати, в результате названной операции на дороге был смертельно ранен немецкий генерал - начальник укрепрайона, добыты ценные документы.
О том, сколь успешно воевал Ю.С.Попов, свидетельствуют его боевые награды: ордена Отечественной войны 1-й и 2-й степеней, медали "За отвагу", "За оборону Ленинграда", "Партизану Отечественной войны" и другие. К ним после войны добавились орден Трудового Красного Знамени и другие мирные награды: Юрий Семенович завидно, как и воевал, трудился, связав на многие годы свою судьбу с нефтепроводным транспортом, в течение ряда лет возглавлял производственные подразделения ОАО "Северо-Западные магистральные нефтепроводы".
Резеда МУТЫГУЛЛИНА,
Лидия ПОВОРОВА,
Сергей СКИБИН,
Шамиль МАРАТОВ.
Не пропустите самое интересное в Max и Telegram-канале газеты «Республика Татарстан»
Больше статей и новостей в «Дзен»
