КОРМОВЫЕ ДЛЯ АРЕСТАНТОВ
Казанский тюремный замок был построен еще в 1807 году за счет казны. При нем были тюремная больница и тюремная церковь.
Уже в 1826–1827 годах смотритель Казанского тюремного замка обращался к казанскому губернскому прокурору Г.И.Солнцеву по поводу ветхости замка, об его «исправлении» (ремонте) и указывал, что пришла в негодность крыша из листового железа, протекает, пришли в негодность печи и т. д. Г.И.Солнцев направил рапорт тюремного смотрителя казанскому гражданскому губернатору. Таких ремонтов в истории тюремного замка было немало, он прослужил более двух веков.
Казанский тюремный замок назывался гражданским тюремным замком. Позднее, в 1833–1834 годах, внутри Кремля был построен Военный тюремный замок для преступников военного ведомства.
Для кормления арестантов из казны выделялись так называемые кормовые деньги в конкретной сумме. Эти суммы изменялись в сторону уменьшения или увеличения, в том числе исходя из возможностей казны. Например, в Казанском тюремном замке в 1817 году сумма кормовых денег на одного арестанта была определена в 10 копеек в сутки. В 1820 году – 12 копеек на арестанта в сутки, в 1826 году – 8 с половиной копеек, в 1833 году – 10 копеек.
При этом для кормления арестантов могли использоваться и подаяния арестованным, собираемые в тюремном замке, но это были незначительные суммы (от 100 до 500 рублей за весь год), и сильно повлиять на ситуацию они не могли.
Если сказать в целом, то кормовых денег всегда не хватало. Еду, продукты для арестованных покупали самые простые: муку, капусту, крупу, соль, постное масло, солод. Мясо давали только по праздникам. Неудивительно, что арестанты часто жаловались на изнурение из-за плохого кормления.
Кстати, указ Правительствующего сената первоначально предусмотрел, что израсходованные на арестантов кормовые деньги надо взыскать с обществ, помещиков, которым принадлежали арестанты. То есть государство пыталось возложить эти расходы на самих арестованных или их хозяев-помещиков. Но никто платить не хотел, все отчаянно сопротивлялись. По поводу взыскания кормовых денег велась огромная бюрократическая переписка, которая никаких результатов не дала. В конце концов Правительствующий сенат в 1820 году прислал на места указ о том, что содержание колодников полностью принимается на счет казны, ни с кого возврата кормовых денег не требовать.
Как сейчас, так и тогда, надзор за исполнением законов в тюрьмах – следственных изоляторах осуществляли прокуроры. Весьма часто бывал в Казанском тюремном замке губернский прокурор Гавриил Солнцев, доктор прав, бывший ректор Казанского университета, один из просвещенных людей России того времени. Он вникал во все проблемы арестантов, старался им помочь. В 1832 году в Казанском тюремном замке содержалась группа поляков, которые воевали в составе войска польского и попали в плен. Солнцев помог полякам отправить письмо на родину с просьбой о помощи. Один из поляков в письме дал такую характеристику казанскому губернскому прокурору «при строгом исполнении своих обязанностей есть истинный отец несчастных».
Случались и побеги из Казанского тюремного замка. Трое арестованных в ночь на 30 апреля 1823 года выставили окно, затем с нижнего этажа поднялись наверх, сломали там замок на двери, прошли по крыше и потом, используя длинный кусок холста, как веревку, спустились по стене и ушли. Ночью шел дождь, что помешало часовым заметить беглецов.
ИМПЕРАТОР В КАЗАНСКОМ ТЮРЕМНОМ ЗАМКЕ
В августе 1836 года в Казань приезжал император Николай I. Он посетил ряд городских учреждений. Для меня лично это удивительно и даже немыслимо – в числе прочего император посетил Казанский тюремный замок! Часто ли вы слышали, что кто-то из руководителей страны посетил тюрьму? Я лично о таком не слышал. Событие это произошло 20 августа 1836 года. На тот момент там содержалось около 300 человек (число арестантов в Казанском тюремном замке в отдельные годы доходило до 771 – например, в 1824 году). В нем сходились и дожидались отправления арестанты со всей России, которым в качестве наказания определили ссылку в Сибирь. Государь приказал вызывать всех арестантов по списку. Солнцев неожиданно заявил, что списка не нужно, он знает наизусть всех арестантов и назовет их. Государь разрешил, а адъютанту приказал: «Смотри по списку». Прокурор своим громовым голосом начал вызывать арестантов, поясняя при этом о каждом, по какому делу он ссылается или содержится, даже называл прозвища арестантов. Адъютант по ходу переклички подтверждал правильность данных. Государь был поражен памятью Солнцева.
Согласно легенде, сохранившейся в воспоминаниях современников, именно в Казани император Николай I в присутствии казанской элиты сказал знаменитые слова: «У меня в России два солнца: одно на небе, другое – прокурор Солнцев».
Один из узников тюремного замка – Пётр Замятин, мещанин из Козьмодемьянска, содержавшийся в тюремном замке больше года за растрату денежного капитала, обратился к императору с просьбой отправить его на военную службу. Император тут же распорядился отдать Замятина в солдаты, что и было сделано.
ДОБРОВОЛЬНО В ТЮРЬМУ
Я лично посещал Казанский тюремный замок, а точнее, Следственный изолятор №1 на улице тогда еще Красина, многократно, работая старшим следователем и следователем по особо важным делам Прокуратуры Татарской АССР. Это было в 1982–1990 годах. Восемь лет я ходил туда как на работу. Подавляющее большинство моих подследственных находились под стражей именно в этом изоляторе. Массивная железная дверь на главном входе, затем проход через КПП. Предъявляешь служебное удостоверение, дальше идешь по двору изолятора в один из корпусов, в котором находились следственные кабинеты, их было мало, не более 5–6. Иногда все они были заняты, приходилось дожидаться своей очереди. Далее по заполненному следователем требованию сотрудник изолятора (среди них были и женщины) приводил арестованного. Допрос производился в небольшом следственном кабинете – маленькой клетушке. Там стоял стол, стул следователя и стул для арестованного, больше ничего. И во время допроса никто следователя не охранял: он оставался один на один с арестованным. Никаких видеокамер тогда в помине не было. Адвокаты в то время в следственный изолятор ходили редко.
Как и многие следователи, я носил с собой недорогие сигареты – подследственные всегда просили дать закурить. Это создавало возможность для налаживания психологического контакта с арестованным.
Именно в следственном кабинете следственного изолятора я допрашивал двоих арестованных, которых потом приговорили к расстрелу и расстреляли. Но во время допросов о какой-либо опасности я не думал. А ведь передо мной сидели люди, которые обвинялись в совершении убийства, и не одного. Никаких особых мер безопасности – следователя и арестованного разделял лишь небольшой стол. Протяни руку, и следователь – вот он рядом. Никаких аквариумов, клеток не было.
А ведь это могло привести и приводило к трагическим случаям. В 50-е годы прошлого века следователь прокуратуры Столбищенского района Татарской АССР Виктор Усачев направился в следственный изолятор Казани, чтобы предъявить обвинение арестованному, который привлекался к уголовной ответственности за то, что избил до полусмерти свою жену. Во время допроса арестованный набросился на следователя, повалил его на пол и стал топтать ногами. Следователь получил тяжелые увечья. Долго болел и впоследствии скончался.
В настоящее время в этом плане вопрос решен: арестованный на допросе сидит в клетке, следователь находится в безопасности.
Фото: пресс-служба Раиса РТ
С введением в эксплуатацию нового современного следственного изолятора вопрос безопасности поднят на новый уровень. Каждый арестованный будет находиться в удобных, просторных помещениях. Камеры в основном рассчитаны на двух или четырех человек. Для сравнения: сегодня число арестантов в отдельных камерах доходит до 20.
Тюремный замок – памятник культуры федерального значения, после переезда СИЗО №1 в новое здание, планируют отреставрировать. Комплекс на Япеева состоит из главного и северо-западного корпусов, административного здания, церкви, охраны, кухни, пекарни и столовой. Все эти сооружения сохранили облик XIX века и нуждаются в капитальном ремонте. В процессе работ предусмотрено укрепление крыши, стен и фундамента второго корпуса. С проектной документацией можно ознакомиться на сайте комитета Республики Татарстан по охране ОКН.
Ранее мы писали о том, что Раис Татарстана Рустам Минниханов посетил казанские следственные изоляторы №1 и №2, а также оценил ход строительства нового СИЗО на улице Гудованцева. В конце июля ГИСУ РТ сообщило о том, что строительство нового следственного изолятора завершено.
Флёр БАГАУТДИНОВ, профессор КИУ имени В.Г.Тимирясова,
доктор юридических наук, член-корреспондент Академии наук РТ
