Урок истории: почему в Лениногорске 40 лет назад разгромили отдел милиции

Расследовать уголовные дела о массовых беспорядках сегодня помогают видеокамеры уличного наблюдения. В 1984 году, когда в Лениногорске разъяренная толпа разгромила отдел милиции, выявлять зачинщиков было сложнее. Полученный в те дни следственный опыт актуален и сегодня, хотя более важными являются уроки той истории.

КАК РАЗВИВАЛИСЬ СОБЫТИЯ

Летом 1984 года я находился в отпуске. В августе меня внезапно вызвали на работу и поручили вылететь в Лениногорск. На следую­щий день я был уже там. Стали прибывать и другие следователи, в числе которых были Юрий Абель из прокуратуры Бугульмы, Николай Псардия из Казани, Нурулла Багаутдинов из Альметьевска.

Причина, по которой нас собрали, была следующей.

18 августа 1984 года в городском парке Лениногорска экипаж милицейской машины спускался по аллее вниз. Впереди шла группа молодежи, которая возвращалась с танцев. Как потом пояснил водитель, у машины отказали тормоза, она помчалась на людей. В результате наезда две девушки оказались в больнице. Еще несколько человек получили травмы. Работники милиции, очевидно, испуга­лись и уехали, не оказав помощь пострадавшим. При первой проверке в действиях водителя признаков какого-либо преступления не усмотрели и уголовное дело не возбудили.

21 августа одна из девушек скончалась в больнице от травм. Весть об этом разнеслась вечером на той же танцплощадке. В ночь на 22 августа молодые люди опрокинули находившийся в парке автомобиль милиции и направились к зданию ГРОВД. Здесь они проникли во двор и подожгли служебные машины и мотоциклы.

Урок истории: почему в Лениногорске 40 лет назад разгромили отдел милиции

В день похорон гроб понесли к зданию отдела милиции. Начались стычки между милиционерами и протес­тующими. Похоронную процессию пытались направить по другому марш­руту, используя пожарные машины. Но разъяренная толпа упорно шла в сторону здания ГРОВД и сносила все на пути. Молодые люди бросали камни в стражей порядка, били стекла в окнах. Один парень захватил пожарную машину и направил ее на милиционеров…

Бесчинства продолжались почти до полуночи. Хулиганы сожгли 8 милицейских машин и мотоциклов, подсобное помещение, разбили окна в здании ГРОВД. Травмы разной степени тяжести получили 32 работника милиции. Остановить беспорядки удалось ценой огромных усилий.

Общее руководство расследованием взял на себя заместитель прокурора ТАССР Рафаэль Аскаров. По его поручению я принял уголовное дело к производству.

Сначала мы дали оценку действиям водителя милицейской машины. Совершенное им преступление для нас было очевидным. Экспертиза дала заключение, что автомобиль не имел неисправностей. Водителя приговорили к лишению свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Затем мы направили в суд уголовные дела примерно на 30 человек, среди которых были несовершеннолетние и молодежь. Обвинения были предъявлены в основном за совершение хулиганских действий. Тем, кто поджигал мотоциклы и машины милиции, добавили обвинение в уничтожении государственного имущества. Кому-то предъ­явили статью об оказании сопротивления работникам милиции.

Тогда в Уголовном кодексе РСФСР была статья 79, предусматривавшая ответственность за организацию массовых беспорядков, сопровождавшихся погромами, разрушениями, поджогами. Полагалось наказание до 15 лет лишения свободы, то есть почти как за убийство. Это считалось государственным преступлением. И действия лениногорских парней, безусловно, подлежали квалификации по этой суровой статье.

Но их спасло, что в СССР «не было» массовых беспорядков, как и проституции, бандитизма и многого другого. Поэтому молодые люди отделались более легкими статьями.

Когда расследуют подобные уголовные дела, след­ствие всегда ищет зачинщиков и организаторов. Пытались и мы решить эту задачу. Постоянно спрашивали на допросах: «Кто руководил, давал указания?» Ответа не получали.

И все же одного зачинщика арестовали. Это был врач местной больницы. По показаниям свидетелей, в день похорон он шел в первых рядах и скандировал: «Милиционеры – убийцы!» А народ подхватывал: «Убийцы…» Врач как бы руководил этим процессом. Мы планировали направить на него дело в суд за подстрекательство к совершению хулиганских дей­ствий, но после долгих обсуждений все же решили дело прекратить.

Можно ли было пред­отвратить массовые беспорядки в Лениногорске? Думаю, это было возможно. Как минимум последствия народного гнева можно было бы минимизировать.

Напомню, что наезд на пешеходов произошел вечером 18 августа. Пострадавшая скончалась 21 авгус­та. И все это время водитель милицейской машины был на свободе. Если бы виновного задержали, беспорядков можно было бы избежать. Но, как часто бывает, местные руководители, преследуя свои интересы, не проявили решительности и принципиальности.

ВЫСОКИЕ ЧИНЫ В ЛЕНИНОГОРСКЕ

Событие вызвало огромный резонанс не только в респуб­лике, но и в стране. В Лениногорск приехали заместитель генерального прокурора СССР Олег Сорока, прокурор РСФСР Сергей Емельянов, первый заместитель минист­ра внут­ренних дел СССР Юрий Чурбанов и другие высокопоставленные лица.

Сергей Емельянов только 26 июня 1984 года был назначен на должность. Он запомнился нам как скромный, доб­рожелательный и несколько застенчивый человек, несмот­ря на грозную должность. Я не помню, чтобы за время нахождения в Лениногорске прокурор РСФСР на кого-то повысил голос, устроил разнос. Он много времени находился с нами, со следователями, ел в той же столовой, что и члены следственной группы.

Вспоминаю комичный случай, который произошел во время обеда. Повара приготовили маленькие треуголь­ники, и Сергей Емельянов удивился этому. Он спросил: «Татарские треугольники – эчпочмаки – я знаю. А это что такое?» Старший помощник прокурора ТАССР Шанс Галимов с присущим ему юмором ответил: «Это тоже тре­угольники, только… несовершеннолетние». Шутка прокурору РСФСР понравилась.

Флер Багаутдинов.

С Сергеем Емельяновым я неоднократно встречался поз­же, когда приезжал в Москву по делам. В те годы следователь в случае продления сроков уголовных дел сам ездил в столицу, ходил сначала к зональному прокурору, затем к заместителю и так далее. Нередко в коридорах я сталкивался с прокурором РСФСР. Он узнавал меня, доброжелательно здоровался, расспрашивал. Всегда был естественный, отзывчивый, без тени высокомерия.

Заместитель генерального прокурора СССР Олег Сорока был большой и шумный. Приехав в Лениногорск, он сразу занял кабинет прокурора города и проводил там заслушивания хода расследования. Однаж­ды прокурорское крес­ло под ним не выдержало и развалилось. Олег Сорока недовольно изрек: «Какой прокурор, такое и кресло». Очевидно, он имел в виду прокурора Лениногорска, который был средних габаритов.

Заместитель министра внутренних дел СССР Юрий Чурбанов находился в Лениногорске на особом положении. Мы, следователи прокуратуры, его не видели. Видимо, его обхаживали высокие партийные чины республики. До нас доходили лишь обрывки новостей: «К Чурбанову приехал второй секретарь обкома партии…» Руководители старались попасть на прием к всесильному зятю генерального секретаря ЦК КПСС. И хотя Леонид Брежнев умер в 1982 году, позиции Юрия Чурбанова на момент лениногорских событий были достаточно прочными, так как страной руководил Константин Черненко, верный соратник тестя.

ИЗ ПАРТИЙНЫХ АРХИВОВ

28 августа 1984 года бюро Татарского обкома КПСС рассмотрело вопрос об антиобщественных проявлениях в Лениногорске. В заседании, кроме местных партийных деятелей, приняли участие Юрий Чурбанов и Олег Сорока. Антиобщественные проявления были признаны следствием крайне неудовлетворительной работы правоохранительных органов города. Относительно начальника местного ГРОВД отмечено, что он самоустранился от воспитательной работы в коллективе и за два года ни разу не выступил с докладом на партийном собрании. Относительно прокуратуры Лениногорска отмечено, что она не обеспечила надзор за деятельностью отдела внут­ренних дел. В постановлении бюро также отмечена попытка скрыть факт автомобильного наезда.

В результате министру внутренних дел ТАССР, прокурору ТАССР, первому секретарю Лениногорского горкома КПСС были объявлены строгие выговоры с занесением в учетную карточку. 28 августа 1984 года приказом МВД ТАССР был освобожден от работы начальник Лениногорского ГРОВД.

30 августа 1984 года состоялось закрытое партийное собрание Лениногорского ГРОВД по вопросу о событиях 22–23 августа. Из выступивших хочу отметить участкового инспектора Марата Яруллина. По его словам, перед личным составом ежедневно ставились задачи с искусственными контрольными цифрами по выявлению преступлений и правонарушений. Участковый возмущался: «Мы не работники народного хозяйства и не можем давать план по сбору пьяных или выявлению преступлений».

Руководству нужно было больше пьяных хулиганов, правонарушителей, чтобы искусственно повышать раскрываемость. Если на улице не было пьяных, то в вытрезвитель доставлялись случайные прохожие. Это вызывало недовольство у людей.

ПРОКУРОРСКИЙ НАДЗОР НЕ СРАБОТАЛ

Члены следственно-оперативной группы у здания Лениногорского ГРОВД и прокуратуры района.

Когда случается происшествие по вине работников милиции, встает вопрос: куда смотрел прокурор? В решении коллегии Прокуратуры ТАССР от 31 августа 1984 года отмечено: «Недовольные граж­дане, в том числе необос­нованно привлеченные, обиженные несправедливыми решениями работников ГРОВД, не могли попасть на личный прием к прокурору. Жалобы, поступившие в прокуратуру на действия работников милиции, необоснованно направлялись начальнику ГРОВД, который мер к виновным не принимал. Во время групповых хулиганских проявлений прокурор не принял участия в деятельности представителей власти по прекращению бесчинств, растерялся и проявил малодушие».

В приказе прокурора ТАССР от 31 августа 1984 года об освобождении от должностей прокурора Лениногор­ска и его заместителя отмечено, что в отделе внутренних дел допускались грубые нарушения законности, не­обоснованное увлечение карательными мерами, а прокуратура не обеспечила должный надзор.

Лениногорские события серьезно отразились на судьбе прокурора ТАССР Вильдана Узбекова. Такое ЧП неизбежно влекло отставку. Вильдану Сулеймановичу предлагались разные варианты трудоустройства, в том числе в Казани со значительным понижением статуса. Вильдан Узбеков прекрасно понимал, что в Татарстане ему будет сложно работать. Человек амбициозный, верный избранной профессии, он выбрал наиболее трудный путь и перешел в центральный аппарат Прокуратуры РСФСР на скромную должность замес­тителя начальника управления общего надзора.

Время показало, что Вильдан Сулейманович поступил правильно. Он быстро про­явил свой высокий потенциал в Москве. Прошло десять лет, и он уже был первым замес­тителем генерального прокурора Российской Федерации, государственным советником юстиции 1-го класса, возглавлял аттестационную комиссию Генеральной прокуратуры РФ. В смутные 90-е годы окружение Президента РФ Бориса Ельцина предлагало Вильдану Узбекову занять должность генерального прокурора РФ, но он отказался.

ЗАПРОС НА СПРАВЕДЛИВОСТЬ

После случившегося многие пытались понять его причины. Выяснить, почему происшествие с милицейской машиной спровоцировало такой взрыв людского гнева. В докладе первого секретаря Татарского обкома Гумера Усманова от 22 ноября 1984 года говорилось, что право­охранительные органы Лениногорска долгое время делали упор на карательные меры, а не на профилактику. В 1983 году к уголовной и админист­ративной ответ­ственности были привлечены более десяти тысяч человек, то есть каждый пятый житель города.

Как мне кажется, здесь и кроется основная причина лениногорских погромов. История неоднократно доказывала, что за счет репрессий преступность не победить. Только за один год каждый пятый житель Лениногорска прошел через милицию, суд, был наказан, оштра­фован, доставлен в медвытрезвитель. Получается, что за пять лет все взрос­лое население города теоретически могло пройти через милицейские жернова. Причем какая-то часть этих людей наказывалась необос­нованно, чтобы выполнить план по чис­лу доставленных пьяных. А наш народ не переносит не­справедливость. Обостренное чувство справедливости есть в каждом из нас. Все это выросло в народное возмущение, которое спровоцировал наезд милицейской машины.

Сегодня любое про­исшест­вие с участием полиции и других правоохранительных органов мгновенно становится всеобщим достоянием, скрыть что-либо невозможно. Поэтому в чрезвычайной ситуации эти органы должны действовать решительно и открыто, строго следовать закону. И очень важно разъяснять свои действия людям. Лишь тогда можно избежать повторения рецидивов лениногорских событий.

+1
1
+1
0
+1
0
+1
0
0 0 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о

0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Еще
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x