Стрессов в наше время и на работе, и в семье – хоть отбавляй. Поэтому профессия психолога от древнегреческих слов «душа» и «знание» приобретает все большую популярность и даже становится модной. Но, чтобы получить работу психолога в силовом ведомстве, одного профессионализма маловато. Претендент должен пройти военно-врачебную комиссию, то есть быть абсолютно здоровым физически. Во-вторых, выдержать сложное психолого-психиатрическое тестирование – чтобы никаких отклонений. И только потом, когда детектор лжи подтвердит, что кандидат не связан с криминалом, наркотиками, оружием, запрещенными организациями, не имеет судимостей, может состояться собеседование с начальником службы. Главный психолог МВД по РТ Елена Гарифулина уверена – «наш» человек должен быть определенного склада: уметь выслушать, адекватно реагировать на ситуацию и всегда быть готовым оказать профессиональную помощь. А чтобы исключить момент субординации, психологами в силовом ведомстве в основном служат женщины – волевые, сильные духом, умные и… красивые.
Служба сотрудников МВД сопряжена с опасностями. Это реальность. А значит, случаются психологические спады, эмоциональное выгорание. Вернуть профессионала в строй помогают психологи. И, как правило, это женщины.
Если несколько лет назад держать психолога в штате сотрудников «приличного» коллектива было модным, то сегодня это жизненная необходимость. И речь не только о школьных или производственных коллективах. В штате Министерства внутренних дел по Республике Татарстан психологи стали неотъемлемой составляющей эффективной работы всего силового ведомства.
![nomer2-303](https://rt-online.ru/wp-content/uploads/2016/03/nomer2-303.jpg)
С инспектором по особым поручениям отделения организации психологической работы Управления по работе с личным составом МВД по РТ, майором внутренней службы Оксаной Батюшковой (на снимке) мы встретились на ее непосредственном рабочем месте – в зале психоэмоциональной поддержки сотрудников центрального аппарата министерства. До встречи с этой обаятельной женщиной знала о ней лишь то, что Оксане в июне 2011 года довелось работать с выжившими членами экипажа и родственниками погибших при крушении теплохода «Булгария». Не самый лучший повод начать предпраздничный разговор с лучшим психологом МВД по РТ. Поэтому спрашиваю ее о чем-то обычном, будничном. И вглядываюсь в глаза высокопрофессионального психолога, пытаясь рассмотреть в них отпечаток пережитых трагедий…
ПСИХОКОРРЕКЦИЯ ПО ПРИКАЗУ
Как выясняется, такие залы или комнаты психологической регуляции есть в каждом крупном подразделении МВД по РТ. Все они индивидуальные по оформлению, но соответствуют основному требованию – здесь должно быть уютно и комфортно.
– Атмосфера должна располагать к тому, чтобы сотрудники могли здесь избавиться от негатива, который набирают во время службы, и не несли его домой, в семьи, – рассказывает собеседница. – Здесь под умиротворяющую музыку, разбавленную щебетанием птиц или звуками прибоя, проводятся индивидуальные консультации или групповые занятия.
Есть так называемая психология горя. Первая фаза – острая, когда человек только что узнает о потере близкого человека. Здесь, по словам психолога, нужна медикаментозная поддержка. Далее следуют несколько других фаз, но в норме считается, что человек «имеет право» горевать год. Если же он «застревает» в этом состоянии, тогда нужны психологическая помощь, сопровождение специалиста – проговаривание ситуации, планов на будущее, обязательно нужно акцентировать внимание на детях, близких
Что интересно, сотрудник аппарата МВД может считать, что в помощи психолога он не нуждается. Но есть утвержденный министром график посещений психолога. Так что рано или поздно в этом зале на сорок минут психокоррекции в уютном кресле должен оказаться каждый сотрудник. Они потом сами по десятибалльной шкале оценивают свое состояние до и после сеанса: бывает разница от 5 до 8, а бывает и от 2 до 10…
Причем, по словам Оксаны Батюшковой, психологи работают не только с сотрудниками, но и с членами их семей. Часто жены обращаются при конфликтных ситуациях – мужья много работают, мало времени уделяют семье. С детьми работа другого рода – решаются проблемы переходного возраста. Но часто эти трудности с поведением или учебой вытекают из проблем в отношениях между родителями. Бывает и такое, что в этом зале оказываются пожилые родители – сын из-за конфликтной ситуации в семье решился на развод. Мать с отцом очень встревожены, только об этом и думают, вот и просят помочь проанализировать ситуацию. И всем им помогают.
ВНЕПЛАНОВАЯ РАБОТА
Для человека любой другой профессии внеплановая работа означает как минимум дополнительный заработок. У психолога Батюшковой это словосочетание вызывает особые эмоции, поскольку означает экстренные вызовы на места катастроф.
Есть такое понятие, как «супервизия» – один психолог сопровождает другого. | |
Если «накрывают» какие-то личностные проблемы, то каким бы ты профессионалом ни был, лучше обратиться к другому специалисту, чтобы он посмотрел на них со стороны. |
– Такой концентрации горя в одном месте за девятнадцать лет работы в МВД я еще не видела, – вспоминает она ситуацию с теплоходом «Булгария». – Весь речпорт плакал. Когда подходила «Арабелла» (теплоход, прибывший на помощь тонувшей «Булгарии»), минут на пять наступила гробовая тишина – каждый надеялся, что его родные выжили, – рассказывает Оксана. – Людей по одному спускали по трапу, счастливые родственники быстро увозили их домой. Потом была надежда, что причалит еще какой-нибудь корабль-спаситель. И если при крушении «Боинга» сразу знали, что все погибли, то здесь все было растянуто во времени. Психоэмоциональный удар шел по нарастающей. В таком горе людей я больше не видела. Очень было страшно. Потом мы поднялись на борт, оказывали помощь выжившим членам экипажа «Булгарии». Уже потом оказывали сопровождение родственникам при опознавании погибших, чтобы это прошло с наименьшими психическими потерями, насколько это было возможно в той ситуации. Среди погибших был и наш сотрудник с женой, у них осталось двое несовершеннолетних детей…
КОГДА ПОМОЩЬ ТРЕБУЕТСЯ ПСИХОЛОГУ
Понятно, что без специальной профессиональной подготовки пережить психоэмоциональную «внеплановую работу» весьма трудно. Не менее трудно жить с такими воспоминаниями. Как психологу самому выйти из этого состояния? Лечь в кресло, расслабиться и поговорить с самим собой?
– Как самый гениальный хирург не может сам себе сделать операцию, так и психолог не может сам себе помочь. Мы обращаемся к коллегам, – поясняет Оксана. – Есть такое понятие, как «супервизия» – один психолог сопровождает другого. Если «накрывают» какие-то личностные проблемы, то каким бы ты профессионалом ни был, лучше обратиться к другому специалисту, чтобы он посмотрел на них со стороны.
Когда психолог – лейтенант, а к нему на консультацию приходит полковник, полностью расслабиться и открыться сложно. А когда он видит женщину в гражданской одежде – совершенно другое отношение
А после «Булгарии» у нас был тренинг со специалистами из МВД России. Они «прорабатывали» наших психологов, которые работали в моргах, – буквально вычищали подсознание, чтобы тяжесть пережитого не отражалась на семье, на дальнейшей жизни.
Потому что это было очень тяжело…
ЖЕНЩИНЕ ДОВЕРЯЮТСЯ ЛЕГЧЕ
Коллектив Министерства внутренних дел в основном мужской, а вот психологи – в основном женщины. Почему?
– У нас система военная, мы все при погонах, аттестованы. Но есть такое понятие, как субординация. И когда психолог – лейтенант, а к нему на консультацию приходит полковник, полностью расслабиться и открыться сложно. А когда он видит женщину в гражданской одежде – совершенно другое отношение, – объясняет Оксана, подчеркнув другую важную миссию психологов-мужчин – они сопровождают сотрудников МВД по РТ в служебные командировки в Северо-Кавказский регион. И тоже работают там по полгода. И это, подчеркивает психолог, мнение руководства – женщинам в горячих точках делать нечего.
А еще у психолога есть свой кодекс чести – никогда никакая информация, которую он получил при индивидуальном общении с сотрудниками, никому не передается. И не потому, что уже никто за помощью к такому психологу не обратится, а потому, что честь здесь – не просто слово.
БЕЗ ПСИХОЛОГА НИКУДА
Оксана Батюшкова специализируется на психокоррекции, а еще она – полиграфолог. Других направлений работы – множество. Мало того что психолог присутствует при приеме кандидатов на службу, именно он после тестирования выдает заключение, насколько человек подходит именно для этой профессии.
– Желающих работать в нашей структуре много, поток кандидатов огромен. Имея отличные физические данные, половина из них не проходит проверки психолога – мы не имеем права пропустить в наши ряды человека с психологической патологией, – уверена Оксана. – В дальнейшем при любом кадровом перемещении сотрудника, особенно на вышестоящую должность, он должен пройти специальное психофизиологическое обследование с помощью полиграфа. Только психолог дает заключение – рекомендовать или нет его на эту должность.
У психолога есть свой кодекс чести – никогда никакая информация, которую он получил при индивидуальном общении с сотрудниками, никому не передается. И не потому, что уже никто за помощью к такому психологу не обратится, а потому, что честь здесь – не просто слово
Кроме того, психологи изучают социально-психологический климат в коллективах подразделений, дают рекомендации руководству и даже лекции сотрудникам по психологии читают – обучают основам психологических знаний, чтобы полицейские могли их использовать в работе с гражданами. Потому что основные нарекания, которые поступают на сотрудников от населения, именно неумение общаться с людьми, негативное эмоциональное реагирование.
– Тот же инспектор ДПС за один день может и проклятия услышать, и угрозы физической расправы, – поясняет психолог. – У опытных сотрудников уже есть иммунитет, а новички, молодые парни, очень болезненно на это реагируют, переживают. Их и обучаем навыкам реагирования на провокации. Есть даже выражение – «профессиональное выгорание». Поэтому у нас каждый сотрудник ежегодно проходит диагностику психолога. У каждого человека бывают эмоциональные подъемы и спады. Важно его во время психологического кризиса поддержать, оказать помощь, чтобы не потерять профессионала.
ГОРДИМСЯ И ЦЕНИМ
В 2009 году при задержании особо опасного преступника в Черемшанском районе погиб сотрудник МВД по РТ Мирсаит Кабиров – спасая товарищей, он накрыл своим телом гранату, брошенную рецидивистом. Он спас всю группу, принимавшую участие в задержании. А психологам пришлось работать с участниками этих событий. «Работали с «виной выживших», – комментирует Оксана Батюшкова. – Но обычно этим комплексом страдают люди, потерявшие своих боевых товарищей в Афганистане и Чечне». |
Кажется, о своей профессии, о коллегах, подопечных Оксана Васильевна может говорить часами. А о себе – несколько слов. К счастью, вскоре к нашей беседе присоединилась главный психолог МВД по РТ Елена Гарифулина. Она и поведала, что Оксана Батюшкова – уникальный специалист, единственный в штате психореабилитолог, владеет гипнозом, обладает навыками нейролингвистического программирования. Учитывая, что все десять штатных психологов центрального аппарата МВД по РТ, каждый из которых курирует по два-три района республики, – люди в профессии далеко не случайные, становится понятным, почему психологическая служба МВД Татарстана считается одной из самых эффективных в России. А после того как наши психологи обкатали свои методики и разработки на Универсиаде-2013, а потом и на Чемпионате мира по водным видам спорта, становится понятным, почему в Казань, в МВД по РТ перенимать опыт едут специалисты со всей России и даже из-за рубежа.
Очевидно, что без поддержки руководства министерства, понимания с его стороны важности этой службы, таких результатов не было бы.
– Но чтобы эту поддержку получить, нужно было на деле доказать свою состоятельность, показать, что ты нужен, эффективен, полезен для службы, – говорит на прощание психолог, словам которого невозможно не верить.