1

Процесс лжесоветоского троцкистского центра

ОБВИНИТЕЛЬНОЕ ЗАКЛЮЧЕНИЕ
ПО ДЕЛУ: ПЯТАКОВА Ю. Л., РАДЕКА К. Б., СОКОЛЬНИКОВА Г. Я„ СЕРЕБРЯКОВА Л. П., ЛУРАЛ0ВА Н. И.. ЛИВШИЦА Я. А., ДРОБНИСА Я. Н., БОГУСЛАВСКОГО М. С., КНЯЗЕВА И. А., РАТАЙЧАКА С. А., НОРКИНА Б. 0., ШЕСТОВА А. А., СТР0ИЛ0ВА М. С.,

ТУРОК И. Д., ГРАШЕ И. И., ПУЩИНА Г. Е. И АРНОЛЬДА В. В.,

ОБВИНЯЕМЫХ В ИЗМЕНЕ РОДИНЕ, ШПИОНАЖЕ, ДИВЕРСИЯХ, ВРЕДИТЕЛЬСТВЕ И ПОДГОТОВКЕ ТЕРРОРИСТИЧЕСКИХ АКТОВ, Т. Е. В ПРЕСТУПЛЕНИЯХ, ПРЕДУСМОТРЕННЫХ СТ.СТ. 58-1-а, 58-8, 58-9 и 58-11 УК РСФСР

Следствием по делу объединенного троцкистско-зиновьевского террористического центра, участники которого осуждены Военной коллегией Верхового Суда СССР 24 августа 1936 года, было установлено, что, наряду с вышеуказанным центром, существовал, так называемый, запасный центр, созданный по прямой директиве Л. Д. Троцкого на тот случай, если преступная деятельность троцкистско-зиновьевского блока будет разоблачена органами советской влаги. Осужденные члены объединенного троцкистско-зиновьевского центра Зиновьев, Каменев и другие показали, что в состав запасного центра входили известные по своей прошлой троцкистской деятельности Пятаков Ю. Л., Радек К. Б., Сокольников Г. Я. и Серебряков Л. П.

Предварительным следствием по настоящему делу установлено, что так называемый запасный центр в действительности был параллельным троцкистским центром, который был организован и действовал по прямым указаниям находящегося и эмиграции Л. Д. Троцкого.

Свою преступную деятельность троцкистский параллельный центр наиболее активно развернул после злодейского убийства Сергея Мироновича Кирова и последовавшего затем разгрома объединенного троцкистско-зиновьевского центра.

Главной своем задачей параллельный центр ставил насильственное свержение северского правительства, и целях изменения существующего в СССР общественного и государственного строя. Л. Д. Троцкий и, по его указанию, параллельный троцкистский центр добивались захвата власти при помощи иностранных государств, с целью восстановления в СССР капиталистических отношений.

Эти изменнические замыслы против Советского Союза Л. Троцкий изложил в наиболее законченном виде в своем директивном письме параллельному троцкистскому центру, полученном обвиняемым Радеком К. Б. в декабре месяце 1935 года.

Обвиняемый Радек оп этому поводу на допросе от 22 декабря 1936 года показал: «Надо понять, писал Троцкий, что без наиболее преравнения  социальной структуры СССР к капиталистическим державам правительство блока удержаться у власти и сохранить мир не сможет…

Допущение германского и японского капитала к эксплуатации СССР создал крупные капиталистические интересы на советской территории. К ним потянутся в деревне те слои, которые не изжили капиталистической психологии и недовольны колхозами. Немцы и японцы потребуют от них разряжения атмосферы в деревне, поэтому надо будет идти на уступки и допустить роспуск колхозов или выход из колхозов ». (Том 5, лист дела 142, 143). и далее:

«Мы с Пятаковым пришли к заключению, что эта директива подводят итог работы блока, ставит все точки над «и», выдвигая в самой острой форме вопрос о том, что власть троцкистско-зиновьевского блока может быть при всех обстоятельствах только властью реставрации капитализма *. (Т. 5, л. д. 146).

В свою очередь, обвиняемый Пятаков, излагая содержание своей беседы с Л. Троцким, имевшей место близ г. Осло в декабре, месяце 1935 года, показал, что Л. Троцкий, требуя активизация диверсионной, вредительской и террористической деятельности троцкистской организации в СССР, подчеркнул, что, в результате, договоренности с капиталистическим государством, необходимо, как он выразился, отступить в капитализм». По показаниям обвиняемого Пятакова, Л. Троцкий говорил: «Это значит, надо будет отступать. Это надо твердо понять.  Отступать к капитализму. Насколько далеко, в каком размере, сейчас трудно сказать, — конкретизировать это можно только после прихода к власти. (Т. 1, л. д. 269).

О том, что программа параллельного троцкистского центра была программой восстановления капитализма в СССР, показал обвиняемый Сокольников Г. Я. на допросе 30 ноября 1936 года: «Эта программа предусматривала отказ от политики индустриализации, коллективизации и как результат этого отказа, подъем в деревне, на основе, мелкого хозяйства, капитализма, который в соединении с капиталистическими элементами в промышленности развился бы капиталистическую  реставрацию в СССР.

… Все члены центра сходились на признании того, что в нынешних условиях другой программы не может быть и что необходимо  проводить в жизнь именно эту программу блока». (Т. 8, л. д. 225) Исходя из этих программных установок, Л. Д. Троцкий и его сообщники из параллельного центра вступили в переговоры с агентами иностранных государств с целью свержения советского правительства при помощи военной интервенции.

В качестве базы для этих изменнических переговоров Л. Д- Троцкий и параллельный центра выдвинули: допущение в СССР развития частного  капитала, роспуск колхозов, ликвидацию совхозов, сдачу в концессию иностранным капиталистам целого  ряда советских предприятий и предоставление этим иностранным государствам других экономических и политических  выгод, вплоть до уступки части советской территории.

По этому поводу Я. Л Троцкий в упомянутом выше письме к К. Радеку, по словам обвиняемого К. Радека, писал:

«Было бы нелепостью думать, что можно придти  к власти, не заручившись  благоприятным отношением важнейших капиллистических правительств, особенно таких, наиболее агрессивных, как нынешнее правительства Германии и Японии. Совершенно необходимо уже сейчас иметь с этими правительствами контакт  и договоренность…» (Т. 5, л. д. 140). Следствием установлено, что Л. Д. Троцкий вступил в переговоры с одним из руководителей Германской национал-социалистической партии соглашение о совместной борьбе против Советского Союза.

Как показал обвиняемый Пятаков, Л. Троцкий, в беседе с ним в декабре 1935 года, сообщил, что, в результате этил переговоров, он заключил с означенным руководителем национал-социалистической партии соглашение на следующих условиях:

«1. Гарантировать общее благоприятное отношение к  германскому правительству и необходимое, сотрудничество с ним в важнейших вопросах международного характера:

2.    Согласиться на территориальные уступи;

3.    Допустить германских предпринимателей, в форме концессий (или каких-либо других формах), к эксплуатации таких предприятий в СССР, которые являются необходимым экономическим дополнением к хозяйству Германии (речь шла о железной руде, марганце, нефти, золоте, лесе и т. п.);,

4. Создать в СССР условия, благоприятные для деятельности германских частных предприятий;

5. Развернуть во время войны активную диверсионную работу на военных предприятиях и на фронте, При чем эта диверсионная работа должна проводиться по указанию Троцкого, согласованным с германским генштабом.

Эти основы соглашения, как рассказывал Троцкий, были окончательно разработаны и приняты при встрече Троцкого с заместителем Гитлера Гессом. Точно также, сказал Троцкий, у него имеется вполне надежная связь с правительством». (Т. 1, л. д. 267, 268),

О характере этого соглашения и о размерах территориальных уступов Л. Троцкий сообщил в своем письме обвиняемому Радеку в декабре месяце 1935 г.

В этом письме Л. Троцкий, по показаниям обвиняемого К. Роим, писал следующее :

«…Неизбежно прядется пойти на территориальные уступки… Придется уступить Японии Приморье в Приамурье, а Германии — Украину.

Германии нужны сырье, продовольствие и рынки сбыта. Мы должны будем допустить ее к участию в эксплуатации руды, марганца, золота, нефти, апатитов и обязаться на определенный срок поставлять ей продовольствие в жиры по ценам ниже, мировых.

Нам придется уступить Японии сахалинскую нефть и гарантировать ей поставку нефти в случае войны с Америкой. Мы также должны допустить ее к эксплуатации золота. Мы должны будем согласиться с требованием Германии не противодействовать ей в захвате придунайских стран и Балкан, и не мешать Японии в захвате Китая…» (Т. 5, л. д. 142, 144),

Не ограничиваясь своими личными переговорами с представителями иностранных государств, Л. Троцкий предложил членам параллельного центра установить связь с представителями этих государств в СССР.

По показаниям обвиняемого Пятакова, Л. Троцкий в своих письмах параллельному центру:

«…требовал от Радека и Сокольникова, которые имели соответствующие. возможности, нащупать здесь с официальными представителями держав необходимый контакт и поддержать то, что им. Троцкий, практически проводится. (Т. 1, л. д. 257).

В соответствии с этой директивой Л. Д. Троцкого, обвиняемые Радек К. и Сокольников Г. установили контакт с представителями тех же государств.

По этому поводу обвиняемый Радек. К. на допросе 4 декабря 1936 года показал:

«…Утверждение Троцкого об его контакте с представителями…. правительства не было простой болтовней. В этом я мог убедиться из разговоров, которые мне приходилось иметь на дипломатических приемах в 1934—1936 гг., с военным атташе. Г. …. и с пресс- атташе …. посольства Г.    очень хорошо осведомленным представителем Германии.

Оба они в осторожной форме давали мне понять, что у …. правительства существует контакт с Троцким».

И далее:

» Я сказал Г. К., что ожидать уступок от нынешнего правительства — дело совершенно бесполезное, и что … правительство может рассчитывать на уступки «реальных политиков в СССР», т. е. от блока, когда последний придет к власти». (Т. 5, л. Д. 119, 121).

Обвиняемый Сокольников также призвал, что, используя свое служебное положение заместителя народного комиссара по иностранным делам, он, по указаниям Троцкого, вел тайные переговоры с представителями одного иностранного государства.

Обвиняемый  Сокольников показал:

«По окончании одной из официальных бесед, происходившей у меня в кабинете, когда г…    и секретарь посольства собрались уходить, Г    несколько задержался. В это время оба переводчика ушли уже из кабинета.

Воспользовавшись этим, Г…. в то время, как и его провожал к выходу, обменялся со мной несколькими фразами. Г…    сказал мне: «Известно ли вам, что г-н Троцкий сделал некоторые предложения моему правительству?». Я ответил: «Да, я об этом осведомлен». Г…     спросил: «Как вы расцениваете эти предложения?». Я ответил: «Я считаю эти предложения весьма серьезными».

Тогда Г….    спросил: «Это только ваше личное мнение?».

Я ответил: «Нет, это мнение также и моих друзей». (Т. 8, д. д. 235, 236).
Главные свои надежды на приход к власти Л. Д. Троцкий и его сообщники в СССР возлагали на поражение Советского Союза в предстоящей войне с империалистическими государствами. В соответствен с этим, в своих переговорах с агентами иностранных государств лично Л. Д. Троцкий и параллельный центр через обвиняемых Редека и Сокольникова всячески стремились ускорить военное нападение этих государств на ССОР.

Это подтверждается показаниями всех обвиняемых по настоящему делу.

Так, обвиняемый Радек на допросе от 22 декабря 1936 г, приводит следующее место из письма к нему Л. Д. Троцкого:

«Надо признать, что вопрос о власти реальнее всего станет перед блоком только в результате поражения  СССР в войне. К этому блок должен энергично готовиться… Так как гласным условием прихода к власти троцкистов, если им не удастся этого добиться путем террора, было бы поражение СССР, надо, поскольку это возможно, ускорить столкновение между СССР и Германией». (Т. 5, л. д. 143, 117).

Л. Д. Троцкий в его сообщники в СССР считали необходимым во время предстоящей войны занять активную пораженческую позицию, всячески помогая иностранным интервентам в их борьбе против СССР.

Так, например, обвиняемый Пятаков, передавая содержание своего разговора с Л. Троцким в декабре 1935 года близ г. Осло, показал:

«Что касается войны, то об этом Л. Д. Троцкий сказал весьма отчетливо. Война, с его точки зрения, неизбежна в ближайшее время.

Он, Троцкий, считает совершенно необходимым занять в этой войне отчетливо пораженческую позицию. Он считает, что приход к власти блока, безусловно, может быть ускорен военным поражением СССР». (Т. I, л. д. 258).

В соответствии с этим планом подготовки поражения СССР с целью захвата власти, Л. Д. Троцкий, Ю. Пятаков, К. Радей, Г. Сокольников, Серебряков Л. П., Я. Лившиц л другие обвиняемые по-настоящему делу развернули вредительскую, диверсионную, шпионскую и террористическую деятельность, направленную к подрыву экономической и военной мощи нашей родины. совершив таким образом ряд тягчайших государственных преступления.

Следствием установлено, что. по прямым указаниям Л. Троцкого и под непосредственных руководством параллельного троцкиского центра, ряд обвиняемых по-настоящему делу: Турок, Кнзяв, Ретайчан Шестов, Стреилов, Граше и Пушин были непосредственно связаны с агентами — диверсантами германских и японских разведывательных органов, систематически занимались шпионажем в пользу Германии и Японии и совершили ряд вредительских и диверсионных актов на предприятиях социалистической промышленности и железнодорожного транспорта, особенно па предприятиях, имеющих оборонное значение.

Эту шпионскую и диверсионно-вредительскую деятельность указанные выше обвиняемые осуществляли в соответствии с имевшимися у троцкистов по этому поводу соглашениями с иностранными разведчиками.

Так, например, обвиняемый Радек, подтверждая показания Пятакова, на допросе от 22 декабря 1936 г. показал, что одним из пунктов соглашения, достигнутого Троцким с представителем германский национал-социалистской партии, было обязательство —

«…Во время войны Германии против СССР… занять пораженческую позицию, усилить диверсионную деятельность, особенно на предприятиях военного значения… действовать по указаниям Троцкого, согласованным с германским генеральным штабом». (Т. 5, л. д, 152).

Осуществляя взятые на себя обязательства перед представителями Германии и Японии, параллельный троцкистский центр организовал на ряде промышленных предприятий Советского Союза и железнодорожном транспорте диверсионно-вредительской группы, задачей которых было поставлено осуществлен  диверсионных и вредительских актов.

Обвиняемый Пятаков на допросе от января 937 года показал:
«Я рекомендовал своим людям (и сам это делал) не распыляться в своей вредительской работе, компенсировать свое внимание на основных крупных объектах промышленности, имеющих оборонное и общесоюзное значение.

В этом пункте я действовал по директиве Троцкого: «Наносить чувствительные удары в наиболее, чувствительных местах». (Т. 1, л. д. 287).

Следуя этой установке обвиняемого Пятакова Ю., организованные параллельным центром группы совершили ряд диверсионно-вредительских актов на промышленных предприятиях и железнодорожном транспорте.

Так, например, как это было установлено на судебном процессе 19 — 22 ноября 1936 г. по делу троцкистско-диверсионной группы на Кемеровском руднике, по указанию обвиняемого Дробница, был организован взрыв на шахте «Центральная», повлекший за собой гибель 10-ти и тяжелые ранения 14-ти рабочих.

(См. приобщенные к настоящему делу материалы и документы судебного следствия по кемеровскому процессу от 19—22 ноября 1936 гада).

На Горловском азотно-туковом комбинате под руководством обвиняемого Ратайчака было организовано три диверсионных акта, в том числе два взрыва, повлекших за собой человеческие жертвы и причинивших огромный материальный ущерб государству.

Аналогичные диверсионные акты, по поручению Ратайчака, были совершены участниками троцкистской организации и на других химических предприятиях Союза (Воскресенский химический комбинат и Невской завод).

Диверсионный характер этих взрывов установлен актами специальной технической экспертизы и собственными признаниями обвиняемых Ратайчака, Пушина и Граше. (Т. 40, л. д. 30, 39, 50).

(См. акты технической экспертизы).
Наиболее активную диверсионно-вредительскую деятельность на железнодорожном транспорте проводив обвиняемые. по настоящему делу:    Лившиц Я. А., Турок

И. Д.. Князев И. А. и Богуславский М. С.

Так, обвиняемый Князев, по прямому заданию параллельного троцкистского центра, организовал и осуществил ряд крушений поездов, по преимуществу воинских, сопровождавшихся большими человеческими жертвами. «Из этих крушений наиболее серьезными являются:

A)    крушение воинского эшелона на ст. «Шумиха» 27 октября 1935 года, во время которого погибло 29 красноармейцев а 29 красноармейцев ранено;

Б) Крушений на перегоне «Яхно — Усть-Катав» в декабре 1935 года;

B)    Крушение на перегоне «Дновер — Бердяуш» в феврале 1936 Года.

Крушения воинских поездов обвиняемый Князев организовал ее только по указаниям параллельного центра и, в частности, руководителя диверсионно-вредительской работы на железнодорожном транспорте обвиняемого Лившица, но и по прямым латаниям агенты японской разведки г-на X.

По этому поводу на допросе 14 декабря 1936 года обвиняемый Князев показал:
«Что же катается шпионской работы и нанесении удара Красной Армии путем устройства крушений воинских поездов с человеческими жертвами, то я к этой работе приступил лишь выясняв отношение, троцкистской организации к шпионажу и диверсионной работе, против Красной Армии в пользу японской разведки.

Задание, в части развертывания диверсионно-вредительской работы на транспорте и организации крушений поездов мною было выполнено полностью, там как в этом вопросе задание японской разведки целиком совпадало с заданием, полученным иною несколько раньше от троцкистской организации». (Т. 32, л. д. 61. 57).

О сотрудничестве с агентами японской разведки показал также и обвиняемый Турок И. Д. (Т. 23, л. Д. 106).

Совершая диверсионные акты в сотрудничестве с агентами иностранных разведок, организуя крушения поездов, взрывы и поджоги шахт и промышленных предприятий, обвиняемые по настоящему делу не брезговали самыми гнусными средствами борьбы, идя сознательно и обдуманно на такие чудовищные преступления, как отравление и гибель рабочих, стремясь спровоцировать недовольство рабочих советской властью.

Так, обвиняемый Пятаков на допросе 4 декабря 1936 г. по этому поводу показал:

«Мы учитывали, что, в случае необходимости прибегнуть, в целях осуществления вредительских планов, к диверсионным актам, — неизбежно будут человеческие жертвы. Мы это учитывали и принимали как неизбежность». (Т. 1, л. д. 196, 197).

Еще более цинично об этом показал, обвиняемый Дробнис:

«Даже лучше, если будут жертвы на шахте, так как они несомненно вызову  озлобление у рабочих, а это нам и нужно». (Т. 13. .л. д. 66).

О том, что эти враги народа, организуя диверсионные акты, сознательно шли на многочисленные человеческие жертвы, свидетельствует и следующее показание  обвиняемого Князева от 26 декабри 1936 годе.: «Лиашиц  дал особое поручение подготовить и осуществить  ряд диверсионных
актов (взрывов, крушений или отравлений), которые сопровождались бы большим количеством человеческих жертв». (Т. 32, а. д. 92).

Аналогичные показания дал и обвиняемый Турок И. Д. (Т. 23, л. г. 73).

Особо активную разрушительную работу на промышленных предприятиях и железнодорожном транспорте, путем взрывов, поджогов, крушении поездов и т. п., троцкистский центр и руководимые им диверсионные группы на предприятиях и транспорте должны были развернуть во время войны, когда эти чудовищные акты предательства нанесли бы особо чувствительный удар обороноспособности Советского Союза.

Так, обвиняемый Пятаком дал указанно обвиняемому Норкину подготовить поджог Кемеровского химического комбината к моменту начала войны.

 Допрошенный об этом Пятаков Ю. Л. показал:

«Да. подтверждаю. Такое задание я Норкиму действительно дал. Это было вскоре после моей встречи с Троцким, в которой он ставил передо мною вопросы о необходимости проведения в начале войны диверсионных актов на оборонных предприятиях. Именно о связи с этим я говорил с Норкиным о необходимости предусмотреть возможность совершения такого диверсионного акта в Кемерове». (Т. 1. л. д. 309).

В свою очередь обвиняемый Князе на допросе от 14 декабря 1836 годе показал. Что по соглашению с параллельным центром он принял от агента японской разведки г-на X. задание на случаи войны:

«… организовать поджог воинских складов, пунктов питания и пунктов санобработки войск». (Т. 32, л. д. 68). Еще более чудовищное задание, направленное против советского народа обвиняемый Князев принял от того же агента японской разведки, г-на X.:

«… Особенно резко ставился японской разведкой вопрос, о применении бактериологических средств в момент войны, с целью заражения острозаразными бактериями подаваемых под войска эшелонов, а также пунктов питания и санобработки войск»… (Т. 32, .т. Д. 6*1. Предательская связь обвиняемого Князева с японской разведкой установлена не только личными показаниями Князева, но и обнаруженными у него перепиской с г. X. и фотоснимка (письма г-на X. с пометкой » 15XII» к от 23 \XIII 1936 года) (Т. З2-л. д. 121).

Материалами предварительного следствия и собственными признанными обвиняемых — Ратайчака С. А., Ккязева И. А., Турок И. Д., Пушина Г. Е., Граше И. И., Шветова, А. А. и Строхова М. С. — установлено, что, наряду с диверсионно-вредительской деятельностью, троцкистский параллельный центр не менее серьезное значение в борьбе с Советским Союзом придавал организации шпионажа в пользу  и иностранных разведок.

Все указанные обвиняемые, будучи связанными  с представителями германский и японской разведок, систематически снабжали их секретными сведениями важнейшего государственного значения.

Так, например, обвиняемый Князев И. А. снабжал японскую разведку, через; упомянутого выше агента этой разведки г. X., секретными сведениями о техническом состоянии, мобилизационной готовности железных дорог СССР и воинских перевозках. (Т. 32. л. д. 103).    

Обвиняемый Ратайчах С. А., Пушин Г. Е. и Граше И. И. признали, что они были связаны с германской разведкой, которой передавали секретные материалы о состоянии и работе наших химических заводов.’ Допрошенный по этому поводу обвиняемый Граше показал:

«Организация, участником которой я был, вела по заданию германской разведки не только диверсионную, но и шпионскую работу на предприятиях химической промышленности». (Т. 21. л. д. 40).

Обвиняемый Пушин Г. Е., признав свое участие в шпионаже, показал, что он и обвиняемый Ратайчак С. А. осуществляли связь с германской разведкой через монтера фирмы «Ланде» — Ленца.

Обвиняемый Пущин Г. Е. на допросе от 26 октября 1936 года показал:

Ленцу были переданы следующее материалы:

1)    данные о выработке продукции на всех химических предприятиях Союза за 1934    год;

2)    программа работ всех химических предприятий Союза на 1935 год:    ;

3)    план строительства азотных комбинатов, в котором были предусмотрены; строительные работы, кончая 1938 годом.

Все эти материалы передал Ленцу лично я в разные срока в первой половине 1935 года.

Кроме того, мне известно от Ленца, что непосредственно от Ратайчака получил данные о продукций за 1934 год, и программу, работ на 1935 г. по военно-химическим заводам. Помимо Всего этого Ленц систематически снабжался мною сведениями о простоях, авариях, о, состоянии оборудования по азотным заводам». (Т. 19, л. д. 31).

Аналогичную шпионскую работу в пользу германской разведки вел также и обвиняемые  Шестов А. А. и Строилов М. С.,; изобличенные в преступной связи с рядом разведчиков, прибывших в СССР под видом иностранных специалистов, каким был, например осужденный за шпионаж-диверсионную  работу по «Кемеровскому делу» инженер Штиклинг.

Шпионская деятельность троцкистов в пользу германской разведки в ряде случаев прикрывалась их связью с некоторыми немецкими фирмами.

Следствием по настоящему делу установлено, что между Л. Троцким и некоторыми германскими фирмами было заключено соглашение, в силу которого эти фермы содержали троцкистов за счет фонда, созданного путем накидок на цены товаров, ввозимых в СССР из Германии.

По этому поводу обвиняемый Пятаков, в связи со твоей беседой с находящимся в эмиграции сыном Троцкого — Л. Л. Седовым, показал:

«… Седов передал мне указания Троцкого, чтобы я старался разместить побольше заказов в фирмах «Демаг» и «Борзиг». представителями которых Троцкий имеет связь.

Вам,—добавил Седов,— придется переплатить в ценах, но деньги эти пойдут на нашу работу». (Т. I, л. I. 227).

В своих планах свержения советского правительства и захвата власти Л. Троцкий и параллельный центр первостепенное значение придавали  террористическим актам против руководителей БКП (б) и советского правительства.

Предварительным следствием по настоящему делу установлено, что параллельный троцкистский центр по прямым указаниям  Л. Д. Троцкого, полученным Пятаковым Ю. Л. и Раденом К. Б„ ,организовал ряд террористических групп в Москве, Ленинграде, Киеве, Ростове, Сочи, Новосибирске и других городах.

По показаниям обвиняемого К. Радека, Л. Д. Троцким требовал

«…организовать узкий коллектив надежных людей для выполнения террористических покушений против руководителей ВКП(б), в первую очередь, против Сталина». (Т. 5, л. 102).

Такие же указания Л. Д. Троцким дал обвиняемому Пятакову в беседе с, ним в 1935 году.

Обвиняемый Пятаков показал, что
«…В этой беседе Троцкий говорил: «Помните, что без целой серии террористических актов, которую надо провести как можно скорее, нельзя свалить сталинское правительство.

Всю борьбу еще белее обострить, еще более расширить. Надо, буквально, не останавливаться ни перед чем, чтобы свалить Станина».

Так агент фашизма Л. Д. Троцкий инструктировал троцкистскую организацию, подготовлявшую ряд террористических актов против руководителей ВКП(б) и советского правительства.

Организуя указанные выше террористические акты, троцкистский центр старался использовать для этого выезды руководителей ВКП(б) и советского правительства на места.
Например, во время пребывания в Сибири 1934 году председателя СНК СССР тон. Молотова В. М., устроив автомобильную катастрофу.
непосредственный исполнитель этого злодейского преступления  член троцкистской группы, обвиняемый Арнольд показал по этому поводу на допросе 21 сентября 1936 года, следующее:
» В сентябре 1934 года, точно дня не помню, Черепухин вызвал меня к себе в кабинет и предупредил, что в Прокопьевск приезжает Молотов… Он тут же мне заявил, что я должен пожертвовать собой и во что бы то ни стало устроил катастрофу с моей машиной , которая будет подана Молотову. Я согласился и ответил, что все будет сделано». (Т. 26 л.д. 32, 33).

Обвиняемый Шестов Подтвердил это, показав:
«По указанию Муралова, я в 1934 году, проводил активную подготовку к террористическому акту против председателя СНК СССР Молотова и секретаря Западно-Сибирского района Эйхе». (Т115, л.д. 157).

Покушение на жизнь председателя совета Народных Комиссаров СССР тов. Молотова В.М. путем аварии с автомашиной, в которой следовал от экспедиции шахты № 3 (Прокопьевское рудоуправления) по направлению к рабочему городку, было действительно совершено, но безрезультатно.( Т.36, л.д. 48).
Такова подлая, предательская, антисоветская деятельность презренных фашистских наймитов, изменников родины и врагов народа- троцкистов.
Потерпев окончательно поражение в своей длительной борьбе против партии и советской власти, лишенный, вследствие полной победы социализма в СССР, всякой поддержки народных масс, представляя собой изолированную группу бандитов  и шпионов, заклейменных общим презрением советского народа. Л.Д. Троцкий и его сподвижники- Пятаков, Радек, Сокольников, Серебряков, Лишиц и остальные обвиняемые по нашему делу совершили неслыханное предательство интересов рабочего класса и крестьянства, изменили родине и превратились в шпионскую и диверсионно- вредительскую агентуру германских и японских фашистских сил.