1

Это сложное «Простое пространство»

В Зеленодольске одновременно открылась выставка известного фотографа Александра Семенова и вышел в свет его же фотоальбом «Простое пространство», в котором представлено более двухсот первоклассных снимков. Такой книги, откровенной и честной, у нас еще не было.

Его дом – это и есть то место, где навсегда прижилась фотография. Как в старой деревенской избе, со стен смотрят мудрые лица, шелестят изумрудной зеленью березки, плывут по глубокому снегу лодки… И дом этот, вернее квартиру, на улице Тургенева в Зеленодольске знают многие. Потому как быть желанным гостем здесь очень просто: фотография роднит, ее любят без восклицаний и громких слов. А Саша Семенов немного шумливый, беспокойный, но очень добрый и гостеприимный человек.

Ловко повернул Семенов. Альбом еще был в печати, а он уже поблагодарил на его страницах «…всех тех, кто купил эту книгу до выхода ее в свет». Помогли многие – кто словом, кто делом, кто деньгами. А как иначе в наш век?

Автор фотоальбома как бывший инженер-конструктор продумал его структуру до мелочей. Он не ограничивал и не упрощал пространство – оставил таким, каким увидел и запомнил при съемке. В альбоме все представлено неброско, воздушно, задушевно. Обо всем сказано по-человечески. Хотя и слов-то кот наплакал. В основном – откровения друзей или коротенькие реплики самого автора.

Каково же оно, «Простое пространство», которое открывает нам фотограф Александр Георгиевич Семенов из Зеленодольска?

Две березки в обнимку и еще одна рядом. Чистый, как детская душа, снег и легкие тени по нему… И все. Родился «Русский сувенир», который обошел многие фотосалоны мира. А Семенов-то, хитрец, приберег этот кадр для последней страницы. Точнее места и придумать невозможно. Считай, что и вся книга – сувенир не только самому себе, но и всем почитателям истинной фотографии.

Каждый блок фотографий – это не просто островок памяти, это целый мир: «Лики и лица», «Лодки, которых нет», «Картинки родной стороны», «Будни и праздники»…

А открывается альбом фотопоэмой «Все мы из детства». Есть ли что дороже этого для человека? «Нет», – как бы отвечает Семенов и рисует светом солнечные лица из того далекого мира, в котором побывал каждый из нас. Его дочка Любаша под зонтиком на берегу Волги – это и есть детство, а «Хоровод» под молодыми березками на поляне – вершина детства. «Мы сами тоже оттуда», – напоминает фотограф.

А «Лики и лица»? Они теперь тоже заглядывают нам в душу из того далекого далека: дед Иван Саульников, «БабАня» (Анна Петровна Турбина), Юра Матвеев (с кошкой), Володя Богданов, отец, мама… Остановились на миг в кадре и потопали дальше: всяк своей дорогой и всяк сам по себе… Это в альбоме они все вместе, в одной семье. Веселых лиц не так много. Но, наверное, не фотограф их выбирает, а они – его…

«Лодки, которых нет» плывут по лугам, по каменистым берегам, по улицам деревень, по глубокому снегу. Они стойко держатся на отмели и не тонут даже в сугробах, они не бегут от жизни и срама в тихую гавань. Они доживают свой век гордо, в одиночестве. Иногда умирают парами, но более – сами по себе, оставляя незримый след на волжской глади. Умные лодки. Не то что мы – люди.

«Картинки родной стороны» Александра Семенова – это бездонное небо, это вольный ветер на берегах Волги, это изумрудный май рядом с багрово-красным Октябрем, это оскопленные храмы с вольными птицами над колокольнями, это «Ковыли деревни Курочкино», «Трава-мурава», «Дороги», «Увалы», коровьи тропки по склонам оврагов.

Все это было. Не сплыло. Все это есть.

Но не ищите в «Простом пространстве» простого. Чтобы разглядеть то, в чем исповедуется Александр Георгиевич, надо заглянуть за горизонт. Может, и мы тогда поймем, как сложно снимать эти простые фотокарточки для альбома.