2 октября 2022

«Прости мне, Родина, что я не соловей…»

Опубликовано: 30.07.2015 0:00

information_items_10122955

К 115-летию со дня рождения Хасана Туфана

Нынешний год необычайно щедр на знаменательные даты в культурной жизни Татарстана. Эти заметки – дань памяти замечательного поэта Хасана Туфана, заложившего основы современной татарской лирической поэзии.

Девятого декабря 1900 года в селе Старая Киреметь ныне Аксубаевского района в семье сельского кузнеца Фахруллы родился десятый ребенок. Мальчик получил весьма замысловатое имя Хисбулла Фахриевич Гульзизин-Хазратов-Кусинов. Отец был грамотным крестьянином и рано приобщил сына к чтению. Фахрулла почитал образованных людей, и в доме была даже маленькая библиотека, что было редкостью для тех глухих мест. Род Туфана происходил из беглых крестьян, подвергнутых на рубеже ХVI – ХVII веков насильственному крещению, но втайне верных традициям своего народа. Родители были не венчаны, и дети, рожденные вне законного брака, должны были носить фамилию матери. Так, до пятилетнего возраста Хасан носил фамилию Гульзизин. Привычку к труду будущий поэт перенял от отца, от матери – любовь к народному творчеству – песням, частушкам, легендам. Жилось семье трудно, и старшие братья, чтобы помочь выбиться из нищеты, занимались отхожим промыслом. В возрасте 14 лет Хасан вслед за братьями поехал на Урал, где стал работать старателем на медных копях, познал и тяжелый труд шахтеров, некоторое время работал помощником токаря.

Поворотными моментами в судьбе будущего поэта стали учеба в легендарном медресе «Галия» в Уфе, дружба с молодым поэтом Шайхзадой Бабичем и, конечно, встреча с основоположником татарской прозы двадцатого века Галимджаном Ибрагимовым, который преподавал в медресе литературу.

С юношеских лет Хасан Туфан был «болен» жаждой странствий. В течение десяти лет, с 1918 по 1928 год, он учительствовал в школах Сибири и Урала, принимая активное участие в деятельности молодежных татарских организаций, в программе которых был тезис о культурной автономии татар. Позже, в 30-е годы, это послужит поводом для обвинения поэта в «буржуазном национализме и шпионаже». 

К 1924 году относятся первые литературные опыты Туфана, и вскоре о молодом поэте заговорят как читатели его стихов, так и критики, собратья по перу. Одним из первых в татарской литературе Хасан Туфан обратился к теме рабочего класса, а лирико-эпические поэмы «Бибиевы», «Уральские эскизы», «Между двух эпох», написанные в пору, когда поэту не было и тридцати лет, прочно вошли в золотой фонд татарской литературы. Наряду с этим Туфан пишет и лирические стихи, которые становятся популярными песнями.

  Хасан не случайно выбрал псевдоним «Туфан», что в переводе с татарского «ураган», «буря», «натиск», – в честь деда, известного своим неукротимым нравом. Молодой поэт действительно ворвался в татарскую поэзию 20-х годов, как метеор, разрушая привычные, традиционные каноны национального стиха, опиравшегося на фольклорную напевность. Как новатор, он использовал элементы тонического стихосложения, свободно владея ритмикой, близкой к разговорной речи. Это раздражало чиновников от литературы и в то же время множило число поклонников поэзии Туфана среди рабочей и студенческой молодежи. Сам поэт равнялся на «татарского Маяковского» Хади Такташа и на самого Владимира Владимировича. Поэтические строки Туфана были обращены в будущее, которое, конечно же, мыслилось светлым:

 

Это тело.

Как быть с неуклюжим?

Я пиджак развернул бы

крылом,

Ну а сердцу пропеллер нужен,

Чтоб рвануться вперед,

напролом.

 

В стихах молодого поэта нашлось место и производственной теме:

 

Прости мне, Родина,

Что я не соловей,

Что я твой барабанщик

 скромный,

Прости, что пахнут

порохом и домной

Цветы души моей.

 

Хасана Туфана отличали постоянное стремление к познанию жизни и самого себя, поиски новых форм, возможностей поэзии. Уже будучи известным, зрелым поэтом, Туфан неожиданно для своих коллег по перу на несколько лет покинул литературный Олимп. Если молодые поэты и прозаики по заданию издательств и редакций странствовали по городам и весям в поисках свежих тем и сюжетов, то Туфан, как в свое время Максим Горький, пешком, с котомкой за плечами, исходил дороги Кавказа и бескрайние просторы Средней Азии, перебиваясь случайными заработками. Эти странствия по стране явились для Туфана своеобразным трамплином для нового взлета после некоторого творческого застоя.

Дом-музей Хасана Туфана в деревне Старая Киреметь Аксубаевского района.В начале 1930-х годов Хасан Туфан – один из руководителей республиканского радиокомитета, ответственный секретарь ведущего литературно-художественного издания «Совет эдэбияты» (ныне журнал «Казан утлары»). Герои его лирических стихов привлекали читателей своей жизненной убедительностью, чистотой и свежестью чувств. Они полемизировали с официальной плакатной поэзией, далекой от действительной жизни народа. Так, в стихотворении «Береза» (1933) вдумчивые читатели зримо видели Сергея Есенина, к тому времени запрещенного «кулацкого поэта». Туфан тоже одухотворяет березу, растворяясь в природе, колыбели всего сущего на земле.

 

Точно слезы,

листья наземь падают,

Будто плачет дерево

навзрыд….

Не грусти, не плачь,

береза белая,

Листьев-слез напрасно

не роняй:

В чистом поле нет

и духа вражьего,

Уж давно свободен

отчий край.

 

Поэзия Туфана приобретает особую легкость, лаконичность, отточенность настоящего мастера. 

 

Меня поэтом мать

не родила,

Мои стихи –

итог пережитого:

Всех предков горести,

надежды и дела

В душе моей живут

и просят слова.

 

Не думал не гадал поэт, что спустя пару-тройку лет следователи узрят в этих строчках призыв к свержению Советской власти!

1937 год. Начинаются «чистки» среди творческой интеллигенции. Писатели, композиторы, художники каются в несуществующих грехах. Поводом для травли Туфана стала поэма «Клятва» (1935). После «проработки» его исключают из Союза писателей, перестают печатать, но пока он на свободе. На душе тревожно, а в доме голодно. Приходилось жить на более чем скромное жалованье жены – актрисы Луизы Салигаскаровой, чье положение в театре тоже стало шатким. Начиная с 1939 года волна репрессий временно пошла на убыль. Ежова расстреляли, а Лаврентий Берия еще «не развернул свои совиные крыла». Туфана снова стали печатать, а вчерашние друзья – коллеги по цеху перестали обходить его стороной.

Однако 18 ноября 1940 года подвело черту под прошлой жизнью. В этот день на пороге Дома печати Туфана поджидали «вежливые люди» в хромовых сапогах. И началась кровавая карусель: ночные допросы, избиения, сутки без сна… Он «враг народа», агент множества стран и разведок – осталось подписать готовые признания. Следователи, сменяя друг друга, требовали назвать сообщников, держа в руках готовые списки. Без карандаша и бумаги Хасан Туфан, чтобы не сойти с ума, запекшимися в крови губами (половина зубов была выбита) шептал стихи… Это помогло ему, как он позже вспоминал, не просто выжить, а «спасти душу». Расстрел ему заменили нескончаемым лагерным сроком.

Началась война, которая, как напишет Александр Твардовский, «предоставляла право на смерть и даже долю славы в рядах бойцов земли родной». Туфан пишет заявление с просьбой отправить его на фронт, пусть «на передний край в штрафбат». Отказали.

Обреченный на смерть от каторжного труда в ГУЛАГе, дистрофии и голода, он все-таки выжил. Неожиданно на его имя стали приходить посылки с едой. Кто, откуда – загадка! Спустя годы он узнает о подвиге жены: она сдавала кровь, чтобы выжил он. Однажды, превозмогая слабость от недоедания и большой потери крови, она пришла на репетицию и прямо на пороге театра упала замертво. Почти следом за женой умер и их сын… Память о жене, вина перед ней до конца дней жили в душе и в стихах поэта.

После смерти тирана прошла череда амнистий и реабилитаций. Усилиями подполковника КГБ Аминова была доказана невиновность многих жертв сталинских репрессий, в том числе деятелей культуры – Карима Тинчурина, Шамиля Усманова… Но кто вернет их близким и татарской культуре?

Вместе с тем меня всегда удивляло, что многие бывшие лагерники: Фатих Карим, Георгий Жженов, Михаил Танич  – не только не сломались под жестокими ударами судьбы, но и не озлобились. Так и Хасан Туфан: его поэзия раскрылась совершенно новыми гранями, приобрела классическую ясность, философскую глубину, гражданскую твердость.

 

О Родина, тебя принять

прошу

Огонь стихов, как совесть,

непродажных,-

Сейчас, пока живу,

пока дышу,

Или потом, когда – неважно!

 

Так пишет поэт в стихотворении «Мой путь».

Я уже рискнул сравнить Туфана с Есениным. Русский поэт много писал о цветах, поклоняясь им, как женщине. То же мы видим у Хасана Туфана. Одни названия чего стоят: «Ландыш», «Дождь жасмина», «На цветах твоих остались краски».

 

Сестренка, не дичись меня,

Меж нами близкое родство:

Ведь я – твой брат,

ведь мы одна стихия,

мы оба – вещество.

Придя из вечности,

в круговращеньи неком

В цветок

ты превратилась тут.

А я, как видишь, в то,

что человеком

Здесь, на земле, зовут…

 

После реабилитации Хасана Туфана ждали великолепно изданные сборники, Государственная премия имени Г.Тукая, выступления в переполненных залах перед благодарными читателями. Автору этих заметок довелось, будучи студентом филфака, видеть и слышать поэта. Ему уже было за семьдесят – как Пастернаку, когда тот был раздавлен шариковщиной и ушел от нас, живущих, с верой, что дух добра одержит верх над силами зла. Прямой, с копной непокорных седых волос и чуть глуховатым голосом. И глаза, не ясные, как обычно пишут, а точно присыпанные пеплом. Поразило его чтение стихов, особенно ставшее хрестоматийным – «Лебедь». Оно было написано почти в одно время с гамзатовскими «Журавлями». Та же глубоко личная боль, но у Туфана она отступает, вернее, сливается с общей болью за безвинно убиенных… 

Хасан Туфан допел до конца свою песню. О жизни, о любви и верности Родине, женщине, земле… Таким он и останется навсегда в истории татарской поэзии. 

Роман ГУЗЕНФЕЛЬД

image_printРаспечатать

Выпуск: №105 (27910)


Добавить комментарий

29.09.2022

Такие проекты открывают новые миры

Посетители инклюзивной выставки «Искусство быть: запредельно близко», которая в эти дни проходит в Свияжске, стали участниками мастер-классов.

4770
28.09.2022

В Казани чествовали народного поэта Татарстана Разиля Валеева

В Казани в театре имени Галиаскара Камала состоялся праздничный вечер, посвященный 75-летию со дня рождения Разиля Валеева, депутата Госсовета РТ пяти созывов, лауреата Государственной премии РТ имени Габдуллы Тукая, Народного поэта Татарстана.

3450
26.09.2022

Билеты распроданы до ноября

Полюбившимися зрителям спектаклями порадует театр им.М.Джалиля

В минувший уик-энд Татарский академический театр оперы и балета им. М.Джалиля открыл новый сезон спектаклем «И воссияет вечный свет» на музыку «Реквиема» Моцарта в постановке и с участием народного артиста СССР Владимира Васильева.

8160
26.09.2022

От «оттепели» до андеграунда

В выставочном зале «Манеж» 29 сентября откроется выставка «От оттепели до перестройки. Искусство СССР 1960–1980 годов».

8380
26.09.2022

Третьяковка положила глаз на Присутственные места

Республика Татарстан и Третьяковская галерея продлят ещё на пять лет соглашение о сотрудничестве, начало которому было положено в 2017 году.

7260

Мнение

Владимир  ЖАВОРОНКОВ, заместитель министра здравоохранения РТ:


В каждом из пунк­тов сбора мобилизованных силами нашего Минздрава организованы врачебно-­сестринские бригады. На всякий случай там находятся и машины скорой медицинской помощи. Всех мобилизованных планируется вакцинировать – как от гриппа и коронавирусной инфекции, так и при необходимости от других заболеваний.

Все мнения
  • Видеосюжет

    Все видеосюжеты

    Книга жалоб

    Другие жалобы
  • Архив выпусков

    Архив выпусков (1924-1931)

    Список всех номеров
    Контакт вебмастера: info@rt-online.ru