В одной черной-черной комнате... В казанском антимузее ничего нельзя увидеть, но можно потрогать

НЕ БОЙСЯ, Я С ТОБОЙ!

Перед тем как начать экскурсию, посетителей необычного музея просят сдать в сейф все предметы, которые могут излучать свет, – телефон, электронные часы. После этого с вами проводят небольшой инструктаж, как правильно вести себя в темноте: без резких движений, без паники. Потому что бывали случаи, когда взрослые и крепкие мужчины, окунувшись в темную бездну, впадали в истерику, как капризные детсадовцы.

– Сейчас мы выключим свет, вы пройдете за плотные шторы, и начнется самая невероятная экскурсия в вашей жизни, – напутствует меня создатель антимузея Павел Панасюк. – Снимите ваши очки, они вам не понадобятся.

Эта просьба меня слегка обескуражила, поскольку для тех, кто носит очки, они как некая броня, а тут с тебя ее снимают. Но что делать. Пара мгновений – и я оказываюсь в непроглядной черноте. Ни одного источника света.

– Не бойтесь, меня зовут Илюза. Возьмите меня за руку, я проведу для вас экскурсию по нашему маленькому царству, – произносит нежный женский голос.

Только через пару минут я начинаю понимать, что мой экскурсовод незрячая. Уж слишком уверенно, как у себя дома, двигается она по черному пространству. Зато я испытываю дискомфорт от полной дезориентации. Но постепенно всё вокруг начинает оживать, и я чувствую себя Алисой в Стране чудес.

«ДУМАЛА, ЧТО МИР ТАКИМ И ЯВЛЯЕТСЯ»

Для начала Илюза ведет меня на кухню импровизированной квартиры, где я на ощупь знакомлюсь с предметами и обстановкой – нащупываю буфет, плиту, холодильник с округлыми краями, похоже, еще из советских времен – то ли «Мир», то ли «ЗИЛ».

– Я до семи лет не знала, что у меня с рождения нет зрения, – признается девушка. – Пока меня не отдали в спецшколу, думала, что мир таким и является, каким я его ощущаю. После школы окончила факультет психологии в КФУ, веду свой блог, правда, при помощи друзей, где рассказываю про особенности жизни незрячих, в общем, живу полноценной жизнью. Не могли бы вы поставить чайник на плиту?

И я, уже примерно представляя расстояние до предметов, иду к буфету, беру чайник и ставлю его на плиту.

Однако чай мы не пьем. Из кухни направляемся в черную-черную гостиную, где можно нащупать старый телевизор, проигрыватель, кресло, кажется, точно такое же было у нас дома, когда я был маленьким, или у бабушки. Словно в детство попал.

Ловлю себя на том, что у мебели, которую я не вижу, вдруг начали появляться цвета. Похоже, когда человек не видит, воображение у него включается на полную. Помните, как мама читала нам в детстве сказки, а мы самостоятельно рисовали в голове картинки и ничто не ограничивало нашу фантазию? Так и в этой темной гостиной – у всех возникают свои ассоциации при соприкосновении с теми или иными предметами. Но стоит включить свет, и нарисованный в голове мир рухнет, поэтому свет здесь никогда не включают. 

Как оказалось, обстановка в антимузее не ограничивается квартирными интерьерами. Далее экскурсовод ведет меня на рынок с торговыми рядами, откуда доносятся ароматы фруктов и свежего хлеба. Кажется, что на реальном рынке обоняние у меня так не работало. Потом мы с моим экскурсоводом прогуливаемся в полной темноте по парку, где щебечут птицы.

– Мне очень нравится эта работа, – признается Илюза. – Каждый день новые люди. И я могу на практике применять свои знания в психологии, потому что в темноте люди более открытые и честные. В условиях, когда привычные опоры исчезают, человек волей-неволей становится настоящим. В темноте сразу чувствуешь, кто готов взять на себя ответственность, а кто привык опираться на других. Кстати, хотите, научу вас пользоваться тростью?

Пожалуй, в предложенных обстоятельствах это далеко не бесполезный навык.  

ДЛЯ ТЕХ, КТО НЕ В РЕСУРСЕ

Во время нашей полуторачасовой прогулки я сделал много открытий. Обо всех рассказывать не буду, иначе другим посетителям будет неинтересно. Но главное, что произошло со мной, когда я вышел на свет божий, – переоценка ценностей. Осознание того, что я провел в кромешной темноте полтора часа, а кто-то, как мой экскурсовод, живет в ней всегда, причем полноценной жизнью, многое меняет в твоей голове.  

– Я бы посоветовал прийти к нам тем, кто, как сейчас модно говорить, не в ресурсе: ничего не хочется, ничто не радует. Во-первых, в полной темноте происходит перезагрузка головного мозга, поскольку в таких условиях он работает совершенно по-другому. Он сосредоточен на том, чтобы собрать по крупицам информацию о том, что происходит вокруг, не опасно ли это. Работает инстинкт самосохранения, а все остальные проблемы уходят на задний план. И наружу вы выходите уже другим человеком, – объясняет создатель антимузея «Взгляд в темноту».

При этом Павел Панасюк утверждает, что его проект вовсе не про жалость к незрячим людям, а, наоборот, про целеустремленность и силу характера.

Сейчас в команде антимузея четыре незрячих гида. На сайте проекта они представлены в таинственных образах, у каждого не менее таинственный псевдоним.

Илюзу Ибрагимову здесь называют «Голосом темноты», поскольку девушка прекрасно поет.

Ирина Кузьмина, у которой очень мягкий характер, – «Берегиня темноты», с ней человек полностью расслабляется и доверяет своим ощущениям.

Тимур Колесников – «Поэт темноты». Он победитель Всероссийского литературного конкурса имени Эдуарда Асадова.

Ну и Динар Гаянов – «Воин темноты». Парень потерял зрение в 20 лет, когда заканчивал колледж. После этого замкнулся в себе, сильно набрал вес. А потом узнал о паралимпийском спорте…

Сегодня Динар – чемпион России и Татарстана в разных видах спорта. Он занимается спортивным туризмом, легкой атлетикой, лыжами, плаванием и многим другим.

НЕ ВСЁ ТО, ЧЕМ КАЖЕТСЯ

Сам 54-летний Павел Панасюк, у которого нет проблем со зрением, говорит, что еще не так давно знал о темноте очень мало. Работал совсем в другой сфере – строительная химия, добавки в бетон, присадки для щебня... Как-то был в командировке в Оренбурге, и в выходной ему порекомендовали сходить в местный Музей темноты.

– И до такой степени он меня впечатлил, что захотелось перенести этот опыт в Казань, – сказал Павел. 

Он уволился с работы и полностью сосредоточился на этом проекте. Жена изначально критически восприняла идею, но всё же поддержала. Три месяца искали помещение, которое должно было удовлетворять определенным требованиям, в итоге нашли его в Старо-Татарской слободе, потом делали ремонт своими силами – так появился семейный бизнес.

– Хотя бизнес – это громко сказано, по крайней мере, на данном этапе, – улыбается Павел. – Скорее это социальный проект с воспитательным эффектом.  

Музей работает уже чуть больше года, за это время внутри проекта появилось несколько направлений. К примеру, свидание вслепую для парочек, инклюзивная программа для школьников.

– Идей, как использовать темноту, на самом деле очень много, – уверяет создатель антимузея. – Возможны коллаборации, как это получилось с одним из ресторанов города. Я увидел их рекламу «Ужин в темноте», позвонил, говорю: «Мы как раз темнотой занимаемся, приходите на экскурсию, лишним не будет». Пришли вчетвером: управляющий, директор, шеф-повар и маркетолог. И как я понял, в корне поменяли концепцию своего вечера. Если изначально фишка была «попробуй с закрытыми глазами угадать, что ты ешь», то потом поменяли на то, что еда – она не всегда такая, какой мы ее видим. Так же и с людьми…   

На вопрос, почему он и его команда назвали проект «Взгляд в темноту» антимузеем, Павел Панасюк ответил:

– У нас есть экспонаты, но напрямую мы не музей. У нас есть элементы квеста, но мы не развлечение в чистом виде. Иммерсивным проектом в общепринятом понимании нас тоже не назовешь… В общем, думали-думали и назвали антимузеем.

Не пропустите самое интересное в канале MAX газеты «Республика Татарстан»

Больше статей и новостей в «Дзен»