На-днях закончилась чистка Камско-Устьинской волорганизации ВКП (б). В процессе работы выяснилось, как в Камском Устьи легко смогли пролезть в партию чуждые элементы Они не только пролезли в партию, но и смогли занять руководящие места. Под крылышком Камско-Устъинской организации прикрылись сыновья торговцев, растратчики и даже бывшие служители религиозного культа, а секретарь пар-тийной ячейки с. Камское Устье оказалась дочерью крупного рыбака-лишенца. Она сознательно привела ячейку к распаду, свела на нет роль партийной ячейки в селе.
«Мы требуем свободной торговли, мы требуем равного отношения ко всему крестьянству, без деления на кулака, середняка и т. д.»—вот чего требовали кулаки и белогвардейцы в подброшен-ном в нарсуд воззвании. Кажется, ясно, что делу должно быть дано движение. Но секретарь ячейки помариновало воззвание у себя, и только под нажимом через несколько дней сдала воззвание в волком ВКП (б).
Член партии с 1919 г. Потапов вместо борьбы с алкоголем развернул шинкарство. «Он сам заведует винной лавкой, а жена заведует домашней лавкой»,—так заявили крестьяне при чистке Потапова. Самогоноварение, которым занимался Потапов, привело к большому пожару в деревне.
Рушников—сын крупного торговца, имевшего раньше в Спасском кантоне несколько лавок, легко пробрался в партию. Ему доверяли, парень он активный, хорошо делает доклады, так отзывалась партячейка. А этот «активный парень», пробравшись в члены сельсовета, недообложил кулацкие элементы 'села на 2000 руб.
Правый уклон на деле цвел в Камском Устьи без препятствий.
Контрактация по волости прошла вяло, да большего и не могло быть, ведь предвика Исмаев заявил, что «контрактация—кабала для крестьянина». Этой установки придерживались многие работники.
Партийная ячейка алебастрового завода обезличилась, ее партийное чутье стерлось. У ячейки дел непочатый край: соревнование, поднятие производительности труда и т. д., но все эти вопросы ячейку не интересуют, в разрешении их ячейка авторитетного слова не имеет. На вопрос комиссии о снижении себестоимости продукции, секретарь партячейки ответил: «Какое вам снижение, вы спрашивайте о повышении, так как себестоимость повысилась на 10 проц.». Но устранением такого положения, которое грозит развалом производства, ячейка не занималась.
Душилась рабочая инициатива и предложения. Транспортер для подачи алебастра с завода в баржу рабочие брались построить за 5 тыс. руб., но это дирекции не понравилось, сдали работу в Москве за 30.000 руб.
Ячейки на заводе как бы не существовало. Члены партии не платили взносов до двух лет, такое же время не посещали собраний.
Зажим самокритики стал модным делом: «Я тебя переведу на работу разрядом выше, но знай, если будешь резко выступать — разделаюсь», — так заявил член партии Ефремов критикующему партийцу.
Константин Буинский.
Не пропустите самое интересное в Max и Telegram-канале газеты «Республика Татарстан»
Больше статей и новостей в «Дзен»