ВО ЧТО БЫ ТО НИ СТАЛО ОБЕСПЕЧИТЬ УСПЕХ ТРАНЗИТНОГО СПЛАВА
Транзитный сплав на Волге всецело зависит от удачного исхода первоначального сплава по мелким ее притокам. Заготовленный зимою лес спускается вниз по рекам или связанный плотами, или в россыпь, молью. Молевой сплав—это самый поздний. Он начинается обыкновенно после того, как закончится сплав плотов. Мелкие плоты спускаются по реке до того места, где волы притока уравновешиваются подпорной волжской водой; в том месте делается гавань, где плоты кошмуются, т. е. связываются, и под буксированием волжских пароходов выходят на волгу и прицепляются к основному тяжелому плоту, так называемой матке. Матка идет сзади всех плотов. От нее вниз спускаются чугунные лоты, которые двигаются по дну, замедляя движение всего плотового каравана и придавая ему устойчивое положение.
При движении плотов по притокам встречаются разные препятствия в виде песков, карг и порогов. Необходимо все время наблюдать за движением плота вблизи этих опасных мест. Заметив, что плот приближается к песку, его захватывают чалкой, привязанной к растущему на берегу дереву, и таким образом поворачивают к фарватеру. Теперь вообразим другую картину. Сторожевые рабочие прозевали момент. Плот, ткнувшись одним боком в песок, поворачивается и врезается в песок другим боком. Его очень быстро закидывает песком и илом. Пройдет час—два, и сдвинуть его с места остановки делается невозможным. Остается одно—рубить связки и спускать плот молью.
КОГДА РЕКА ПРОКЛАДЫВАЕТ НОВОЕ РУСЛО...
Однако, бывают вещи похуже. За первым, врезавшимся в песок плотом, может также остановиться и второй, и третий, и четвертый плот. Картину такого затора можно сравнить с пожаром. вначале огонь потушить легко, но чем дальше, тем труднее. Так и с плотами. Плоты идут одни за другими непрерывно. И если упущен мужний момент, плоты начинают побеждать. Стихия безжалостна к разгильдяям. Через несколько часов образуется безбрежное поле желтеющей древесины с кошевоми на плотах. Плоты прудят реку, и, как бы задыхаясь под их тяжестью, река бросает свое русло и прокладывает новое. Тысячная масса плотов ставится под угрозу обсушки, со всеми ее неизбежными последствиями, вся предыдущая работа по связке плотов идет на смарку. Сплавные организации терпят многотысячные убытки.
Но самое главное—обсушка отдаляет время приплава древесины в безлесные районы.
Это и происходит сейчас на реке Б. Кокшаге, около Кокшемарского переката. Напротив этой небольшой марийской деревеньки стоят более 1 200 плотов, все они находятся под угрозой обсушки. Капризная, быстроводная река пробила себе новое русло по пойме, где, вследствие мелководья, при малейшем ветре зыблются волны. Всего на Б. Кокшаге заготовлено 5 200 плотов. Из них только 800 прошло через Кокшемарский перекат. Остальные задержаны вверху до того момента, когда будет ликвидирован Кокшемарский затор.
КТО ВИНОВАТ
— А если затор не будет ликвидирован?
Об этом здесь не говорят. Это было бы равно катастрофе. Кто же виноват в этой кокшемарской истории?
Принято винить воду. Уровень воды в нынешнем году, действительно, небывало низкий, вода не подняла целый ряд маток. Вода расстроила первоначальные хозяйственные планы. Но сваливать всю вину на непредвиденные обстоятельства, на низкий уровень воды —нельзя.
На сплаве нет единоначалия, а отсюда и прочие «качества». Среди специалистов и всякого рода завов, число КОТОРЫХ не только без ущерба, но и с большой пользой для сплава могло бы быть сокращено, чувствуется растерянность. Затор настолько велик, что буквально берет оторопь.
Вода перестает прибывать. Работа по разборке затора идет настолько медленно, что ниже Кокшемар успел образоваться второй затор (малый) из плотов, которые считались находящимися в безопасности. Плоты сцепились друг с другом так прочно, что все усилия раз'единить их ни к чему не привели. Пришлось разрубать плоты. Вместо плотно сколоченного плота на Волгу плывет рассыпная моль, мешающая движению буксиров.
За каждый буксирный пароход сплавные организации платят поденно, вне зависимости от того, работает пароход или нет. При существующих условиях пароходы используются не полностью. Много простоев. Вследствие малого разлива пароходы не могут подняться высоко по реке. А если рискнут на это, то могут сами обсохнуть. Недалеко от Кокшемар, за поворотом реки, на фоне зеленого соснового леса видны два парохода, которые очутились выше затора и тщетно пытались найти выход из этого положения. Они могут выйти отсюда лишь путем кругового об‘езда через лес, пока не спала вода, если сумеют найти дорогу.
О СТАРОМ И НОВОМ БЫТЕ, О КАДРАХ И КОЛЛЕКТИВНЫХ ДОГОВОРАХ
Положение с рабочей силой создалось явно ненормальное. С заключением договоров хозорганы и профорганизации запоздали, в результате—нужда в рабочих чрезвычайно обострилась и усилились рваческие настроения.
Культурная работа с сезонниками ведется по трафарету. Есть красные уголки, где в чинном порядке на столике разложены газеты и журналы. Но читаемость, как нам сказали в Илети, слабовата. Ставятся кое-какие доклады. Есть шахматы, шашки и... молчащие громкоговорители, в одном пристанском клубе радио дозволяется пускать в ход только с разрешения жены заведующего леспромхозом. Бывает и кино, иногда с подмоченными пленками (Илеть). Средства на культурную работу есть, имеется и фонд премирования по социалистическому соревнованию. На Малой Кокшаге он достигает 3500 руб. Там, где профорганизация проявляет энергию, есть положительные результаты. Так, Зуринская артель удачно соревновалась с Красногорской на полный выпуск плотов. Распоряжения руководителей в этой артели выполнялись четко, по-военному. Партийная прослойка среди рабочих сплава чрезвычайно слаба. Партийные работники распылены.
Старый быт с трудом уступает место новому. Общественные столовые в Малой Кокшаге и Илети только строятся. Пища варится в традиционных больших котлах, поставленных на развилья ямы. Качество хлеба на Кокшаге неважное. На Илети—лучше. Довольно сильно ощущается жилищный кризис, в особенности на М. Кокшаге. Рабочим приходится ночевать в деревне, расположенной в 3—5 верстах. Необходима постройка временных бараков.
Подготовка смены на сплаве возложена на Казанские курсы по сплаву. Учащиеся этих курсов в настоящее время находятся на Кокшаге и Илети на производственной практике. Курсанты жалуются на плохой инструктаж и руководство. Долгое время, приехав на сплав, они бродили без дела. Лоцманы не об'ясняют процесса работы. Ездили в Сидельниково смотреть опытную матку. Об'яснение этой матки дали учащимся лаконично:
— Ничего особенного, разницы от обыкновенной матки почти никакой.
НЕОБХОДИМЫ РЕШИТЕЛЬНЫЕ МЕРЫ
Положение на Кокшаге крайне напряженное, близкое к катастрофе.
Транзитный сплав под угрозой срыва или, во всяком случае, большого опоздания.
На сплаве не чувствуется единой руководящей воли.
На Малой Кокшаге 800 плотов пришли в гавань и выходят на волгу, но зато здесь очень много плотов, обсохших в верховьях (свыше 700).
Лучше положение на Илети, где в гавани находятся свыше 1100 плотов, обсохших плотов 392.
Процент боя невысок, хотя точного учета его пока нет.
Необходимо сейчас же принять самые решительные меры к ликвидации Кокшемарского затора и упорядочить вопрос с рабочей силой. Расхлябанности на сплаве надо положить конец.
Альфа.
УЛУЧШИТЬ БЫТОВЫЕ УСЛОВИЯ СПЛАВЩИКОВ
Сплав в полном разгаре, в Соколках сосредоточено до 5 000 рабочих, не меньше их будет в Камском Устьи и в прочих сплавных пунктах Татарии. Между тем в Соколках до сих пор нет столовой и кооперативного ларька. Хозорганы второй год обещают поставить баню и все еще не построили. Это способствует отливу из Соколков рабочих в другие районы.
Необходимо на сплавных пунктах организовать школы ликбеза, кино, радио, художественные постановки, кружки, школы политграмоты, чтобы сплавщик в свободное время пошел полезное занятие, а не играл в карты и не пьянствовал.
Xв.
Не пропустите самое интересное в Max и Telegram-канале газеты «Республика Татарстан»
Больше статей и новостей в «Дзен»