Этот дом на улице Калинина и по сей день остается самым неказистым из всех на бывшей Третьей Горе. Неудивительно, что в 1927-м году он приглянулся для покупки человеку, исповедовавшему принцип "Живи не ради суетной славы". Им был Петр Валерьянович Тархов, новый начальник Казанско-Московского участка железной дороги.
Родился Тархов в 1883 году в Таганроге, в дворянской семье, образование получил в Москве. Поначалу служил в Пензе инженером железнодорожных путей сообщения. Там перед революцией в 1916-м году женился на дочери купца-миллионера Карпова, владельца лесопильного завода. Профессия путейца, востребованная при любом режиме, позволила молодой чете благополучно пережить революцию и заваруху Гражданской войны. Пришлось, само собой, принять для виду новые правила игры: в графе "происхождение" Петр Валерьянович начал исправно писать "рабочее", а начальство и чекисты делали вид, что верят написанному. В 1918 году у Тарховых родилась дочь, через год - сын.
Когда зашла речь о повышении и Петру Валерьяновичу предложили на выбор должности в Москве и Казани, он принял менее, на первый взгляд, выгодное предложение - столицу Татарской автономной республики. Выбор объяснялся тем, что инженер-железнодорожник был к тому же еще заядлым охотником и благоразумно счел, что охотничьи угодья в Татарии будут богаче. Удивительно, но факт: в то непростое напряженное время Тархову удавалось сочетать свою страсть к охоте с безупречным исполнением служебных обязанностей. Бывший дворянин жил, "чуя под собою страну": ладил с подчиненными; имея в распоряжении служебный, роскошно оборудованный вагон, не гнушался находить общий язык с простыми обходчиками и масленщиками. Поэтому безопасность движения на участке Москва - Казань под его руководством обеспечивалась не надрывом, а спокойным исполнением вверенного дела.
Однако в 1936 году внутренний голос неожиданно сказал Петру Валерьяновичу: "Пора!". И он, повинуясь ему, без всякого к тому внешнего повода написал заявление об уходе по собственному желанию с завидной должности. Через год человека, который заступил на его место, арестовали, осудили и подвели под расстрельную статью.
Так что ко времени начала Великой Отечественной войны Тархов трудился простым инженером все на том же, предназначенном ему судьбой, "фронте" - служения Родине. Он, как и прежде, не тосковал о миллионах тестя-лесопромышленника, развеянных по ветру большевиками, а свой добросовестный труд рассматривал как вклад в общее дело победы над врагом. (В наше время данная способность к солидарной ответственности насмешливо называется "роевым инстинктом".) Продолжал Петр Валерьянович работать и после выхода на пенсию. В 1954 году, когда Тархову перевалило уже за 70, его опыт и организаторские способности пригодились при строительстве Казанского завода ЭВМ. Праздно сидеть без дела вообще было не в характере этого представителя "белой кости". Вплоть до самой своей кончины (в 1965 году) Петр Валерьянович по собственной инициативе безвозмездно чинил книги для районной библиотеки. Брал рассыпающуюся на страницы рухлядь, а возвращал крепкие обновленные переплеты, да еще не иначе как с яблоками из своего сада в придачу - для библиотекарей.
Потомки Тархова, которые до сих пор живут в скромном, с виду ничем не примечательном домике, говорят: Петр Валерьянович верил не в коммунизм, а просто в лучшее будущее для всего человечества. Он никогда не брюзжал и не критиковал советскую власть. Потому что, как все истинные аристократы духа, обладал двумя ценными народными качествами - непритязательностью и нестяжанием.
Галина ЗАЙНУЛЛИНА.
