В основе постановки – запись, сделанная в 1980-е годы и обнаруженная всего несколько лет назад. На кассете звучит голос Эстер Паперной (1901–1987) – писательницы, переводчицы и близкого друга поэтов-обэриутов. Напомним, что так называли участников литературного Объединения реального искусства (ОБЭРИУ), существовавшего в Ленинграде в конце 1920-х годов. Даниил Хармс, Александр Введенский, Николай Заболоцкий, Николай Олейников и их единомышленники создавали новую поэтику, соединяя абсурд, философию и игру. Сегодня их творчество считается одной из вершин русского литературного авангарда XX века, хотя при жизни их почти не печатали, а уже через несколько лет после создания объединения его участников начали преследовать.
Фото: © kazan-kremlin.ru
На упомянутой записи пожилая Эстер Паперная поет песни, которые когда-то исполняли на домашних вечеринках Хармс, Введенский, Заболоцкий и их друзья. Спустя десятилетия именно эта кассета стала отправной точкой для спектакля петербургского режиссера Константина Учителя.
«Лет 15 назад, узнав о существовании списка песен, которые исполнялись в кругу обэриутов, я стал его разыскивать. Поражало само соседство Гайдна, рекрутских песен, финских и хасидских. И уже тогда родилась мысль, что спектакль должен быть застольем – не то юбилейным, не то поминальным», – говорит режиссер. Когда же кассета нашлась, стало ясно, что речь идет не просто о музыкальном архиве. Не меньшее потрясение, по словам режиссера, он испытал от голоса Эстер Паперной – «старушечьего голоса, от которого мороз по коже».
Спектакль Константина Учителя – застолье, где зрители могут разделить трапезу с артистами, которые поют песни и рассказывают о поэтах-обэриутах, их компанейских традициях и о том, как трагически сложились их судьбы.
На первый взгляд сама идея спектакля-застолья может показаться почти кощунственной. История обэриутов – это история репрессий и трагически оборвавшихся судеб. Даниил Хармс умер в тюремной психиатрической больнице, Николай Олейников был расстрелян, Александр Введенский погиб во время этапирования в казанскую тюрьму. Но авторов постановки интересует не смерть, а жизнь – время, когда друзья собирались за одним столом, читали стихи, спорили, шутили, музицировали и пели. Поэтому застолье здесь становится не праздничным ритуалом и не реквиемом, а разговором о памяти, которую можно сохранить только через живой человеческий голос.
Для Казани эта история имеет особый смысл. Именно здесь в 1903 году родился Николай Заболоцкий – будущий поэт и один из участников ОБЭРИУ. С Казанью связана и последняя глава жизни Александра Введенского. После ареста в декабре 1941 года его этапировали в столицу Татарской АССР. Поэт умер по дороге сюда, а в документах сохранилась короткая и страшная запись: «Труп умершего сдан на станцию для погребения». Точные обстоятельства его смерти и место захоронения до сих пор остаются неизвестными.
Фото: © kazan-kremlin.ru
К слову, летом прошлого года казанские исследователи Айвар Муратов и Артур Тумаков, изучая архивные документы, предложили наиболее убедительную на сегодняшний день версию возможного места захоронения поэта. По их мнению, останки Александра Введенского покоятся в братской могиле рядом с Казанской психиатрической больницей, где зимой 1941–1942 годов хоронили умерших заключенных и пациентов.
На этом фоне приезд «Списка Паперной» в Казань выглядит не просто очередной остановкой гастрольного маршрута. Это спектакль о людях, чьи судьбы оказались тесно связаны с городом. И потому разговор за общим столом здесь звучит не как театральный прием, а как попытка вернуть голос поколению, погребенному под обломками «века-волкодава».
Не пропустите самое интересное в Max и Telegram-канале газеты «Республика Татарстан»
Больше статей и новостей в «Дзен»
