Медицина будущего? Уже настоящего

Казанские исследователи работают над проектами персонифицированного лечения больных

Еще Гиппократ когда-то говорил, что лечить надо не болезнь, а больного. Сегодня весь мир большими шагами идет к персонифицированной медицине. Не остается в стороне и Казань.

31

Автор статьи: ЧЕСНОКОВА Евгения

Фото: prime-journal.com

Казанские исследователи работают над проектами персонифицированного лечения больных

 

prime-journal-22

 

Еще Гиппократ когда-то говорил, что лечить надо не болезнь, а больного. Сегодня весь мир большими шагами идет к персонифицированной медицине. Не остается в стороне и Казань.

 

Расшифровка генома человека открыла перед исследователями и практикующими медиками неслыханные прежде перспективы. Появилась возможность «читать» конкретные геномы конкретных людей, определять, какие скрытые патологии там заложены, из чего можно делать выводы о предрасположенности человека к той или иной болезни, а следовательно, давать ему рекомендации по образу жизни, питанию, принимаемым лекарствам. Все наверняка помнят историю Анджелины Джоли, которая решилась на удаление молочных желез и яичников после того, как обследование выявило у нее мутации определенных генов, которые со временем, вероятнее всего, привели бы к развитию онкологии (мать Анджелины скончалась от рака яичников). И хотя далеко не все адекватно восприняли поступок актрисы, генетики утверждают, что он был совершенно оправдан.

В принципе, сегодня геномные тесты уже вышли на широкий потребительский рынок. Наиболее широко подобные исследования распространены в США, но и некоторые московские частные клиники сегодня предлагают подобную услугу. Которая, конечно, пока, мягко говоря, недешева. Стоит ли непременно стремиться к тому, чтобы сразу узнать все о своем геноме?

 


 

Расшифровка генома человека открыла неслыханные возможности. Появилась возможность «читать» конкретные геномы конкретных людей, определять, какие скрытые патологии там заложены, из чего можно делать выводы о предрасположенности человека к той или иной болезни


 

– Не думаю, что это целесообразно, – говорит директор Института фундаментальной медицины и биологии Казанского федерального университета доктор медицинских наук Андрей Киясов. – Да, с точки зрения бизнеса это привлекательно. Но ведь главное – это реальная помощь конкретному пациенту. Поэтому мы в создаваемой сегодня университетской клинике планируем ориентироваться на те точки, по которым уже сегодня можем работать.

Какие же шаги университетские исследователи и медики сегодня готовы делать на пути к персонифицированной медицине в Казани, в том числе используя информацию о геноме? Во-первых, это определение особенностей генотипа местного населения. Много шума наделало в прессе объявление о том, что, дескать, в университете будут изучать «геном татар». На самом деле, конечно, никакого подтекста в этих исследованиях нет. Речь идет об исследованиях генетических особенностей общности народов, проживающих на территории Среднего Поволжья. Почему их надо изучать? Ну вот, скажем, есть такой препарат варфарин, который назначают после коронарного шунтирования для разжижения крови. Американские исследования показали, что примерно у 15 процентов их населения он «не работает». А вот аналогичные российские изыскания говорят: у нас процент таких «ответов» не 15, а 5. То есть на один и тот же препарат в разных регионах Земли разная реакция! И это надо учитывать не только медикам, но и фармакологам.

 

 Много шума наделало в прессе объявление о том, что, дескать, в университете будут изучать «геном татар».
На самом деле, конечно, никакого подтекста в этих исследованиях нет. Речь идет об исследованиях генетических особенностей общности народов, проживающих на территории Среднего Поволжья.

– Сейчас мы с коллегами из Японии разрабатываем для нашей университетской клиники тест-систему, которая будет выявлять потенциальную опасность для пациента того или иного препарата, – рассказывает Андрей Киясов. – Есть перечень наиболее часто назначаемых в больницах лекарств, которые при определенных особенностях генотипа могут вызвать побочные реакции. Мы не можем охватить все препараты сразу, но на первом этапе выбрали самые опасные и будем проверять в лаборатории генетики, не вызовут ли они у пациента нежелательную реакцию, можно ли ему принимать это лекарство.

При этом в университете не планируют замыкаться только на своей клинике. Когда технология тестирования будет отработана, лаборатория сможет проводить подобные анализы и для других клиник Татарстана. Да, возможно, это будет платная услуга – полис обязательного медицинского страхования у нас пока не предполагает исследований на генетическом уровне. Но ведь купить дорогущее лекарство и только после применения узнать, что оно вам не только не помогает, но еще и вредит, – это обойдется гораздо дороже…

С влиянием лекарств на конкретный организм связано еще одно направление работы университетских медиков, которое они сейчас отрабатывают совместно с Республиканским онкодиспансером. Опять же: есть стандартный набор химиотерапевтических средств, применяемых при лечении рака. Но каждая опухоль, поясняет Андрей Киясов, тоже имеет свои индивидуальные особенности. И чтобы не лечить человека вслепую (а химиотерапия, как мы понимаем, довольно тяжелое лечение), подбирать препараты планируется на лабораторных мышах. Участок опухоли подсаживается мыши без иммунитета, затем пробуются разные схемы лечения. Какая подойдет лучше всего – ту и назначат больному. Эти работы, по словам Андрея Киясова, уже начались, в течение года технология такого персонифицированного подхода к пациентам онкодиспансера должна быть отработана.

 


На один и тот же препарат в разных регионах Земли разная реакция. И это надо учитывать не только медикам, но и фармакологам


 

Еще одно новшество, которое будет внедряться в казанской медицине при помощи университетских исследователей, – создание персонифицированных симуляторов. В свое время мы уже писали о симуляционном центре КФУ, где, помимо всего прочего, можно отработать эндоскопическую операцию на максимально приближенном к реальности муляже. Но тогда мы говорили о муляже, который полностью воспроизводит структуру тканей тела и органов. А есть еще возможность заложить в этот муляж компьютерную программу, которая воспроизведет все ткани и органы конкретного пациента! То есть прежде чем оперировать гражданина Иванова в реальности, хирург сможет сделать ему эту операцию виртуально, увидеть, чего следует опасаться, какие возможны нежелательные реакции…

– И это, согласитесь, тоже персонифицированная медицина, хотя и не связанная с геномом, – говорит Андрей Киясов.

Чтобы внедрить такие симуляторы в реальную практику, понадобится какое-то время, возможно, год-полтора, ведь важно научиться достаточно оперативно преобразовывать данные компьютерной томографии пациента в программу для симулятора. Но сама перспектива подобного индивидуального подхода к пациенту, согласитесь, впечатляет. Вообще же, развитие персонифицированной медицины – одно из главных направлений работы в российской медицинской науке на ближайшие годы. И радует, что у казанских исследователей и врачей сегодня есть все возможности, чтобы достойно участвовать в этом процессе.

 

+1
0
+1
0
+1
0
+1
0
0 0 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о

0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Еще
0
Оставьте комментарий! Напишите, что думаете по поводу статьи.x