Там даже время течет иначе…

print

 

Свияжск

 

Все больше дорог ведут в Свияжск, который как-то незаметно перестал быть островом, но по-прежнему демонстрирует редкостное смирение перед судьбой, принявшей в наши дни очертания нескончаемого людского потока к свияжским святыням.

 

Два года назад проложили сюда дорогу и организаторы театральной лаборатории «Свияжск­АРТель» из фонда поддержки современного искусства «Живой город». Нынешняя лаборатория уже третья по счету. На днях она по традиции завершилась показом спектаклей-эскизов на заданную тему, которая нынче звучала предельно широко и лаконично – «остров». И хотя теперь она уже почти неактуальна для Свияжска, но на каком-то ментальном уровне он продолжает оставаться для всех сказочным островом Буяном, и это оказалось на руку участникам проекта, которым предстояло экспериментировать с гением места.

Напомню суть лаборатории. В течение недели трем командам в составе драматурга, режиссера и 5–6 актеров надо придумать некое подобие театрального действа в формате site specific («специфика места») на основе текстов, написанных здесь же, в Свияжске, по самым что ни есть свежим впечатлениям от знакомства с его историей и местными достопримечательностями.

 


Свияжск – не самое театральное место. Вернее сказать, он сам по себе настолько колоритен и перенасыщен оттенками, несет в себе настолько мощную и противоречивую энергетику, что переиграть его ой как непросто


 

Но жизнь, как всегда, добавила экстрима. Не смог приехать знаменитый и загадочный драматург Павел Пряжко, и петербуржец Дмитрий Волкострелов, оказавшись в Свияжске без своего постоянного соавтора, был един в двух лицах – режиссера и автора текста. В то же время другой именитый участник проекта – драматург и сценарист Юрий Клавдиев («Школа», «Все умрут, а я останусь»), работавший в паре с режиссером Красноярского ТЮЗа Романом Феодори, за неделю написал аж три монопьесы, и каждая из них потянула бы на полновесный спектакль-притчу. С какими непредвиденными трудностями столкнулась третья, полностью казанская и преимущественно женская команда, честно скажу, не знаю. Но уже одно то, что начинающий режиссер Регина Саттарова со товарищи отважилась конкурировать с «золотомасочниками» Феодори и Волкостреловым, дорогого стоит.

И это не считая того, что нынешняя лаборатория выдалась на редкость жаркой, под палящим солнцем прошел и заключительный день показов.

Хотя сами «артельщики» в один голос уверяют, что творческий процесс для них важнее результата, желающих увидеть, что из этого получилось, как всегда, набралось предостаточно, на целых три автобуса. А сколько еще приехали своим ходом…

 

  Вместе с Феодори над эскизом «Единственный берег» работали актеры Казанского ТЮЗа
и по всему чувствовались их влюбленность в драматургический материал и глубокая вовлеченность в творческий процесс. Но тексты Юрия Клавдиева настолько великолепны, что даже подчеркнутый минимализм эскиза – и в оформлении, и в актерском исполнении – иногда смотрелся чрезмерно иллюстративным и наигранным…

 

Программу показов открыла команда Дмитрия Волкострелова, чей театр кардинально отличается от всего, что мы привыкли понимать под этим словом. Многие сомневаются, театр ли это вообще, но мало кто остается равнодушным к экспериментам 33-летнего режиссера, которые тем уже интересны, что требуют от зрителей большой внутренней работы. Своим радикальным взглядам на возможности театрального пространства Волкострелов не изменил и в Свияжске. Предложенный им эскиз под названием «Музей мест которые» в общей сложности длится пять часов и насчитывает 15 локаций, то есть таких мест, где, по мнению режиссера, «существует возможность театра». Собственно, больше ничего и не происходит, а если и происходит, то уже помимо воли режиссера… Начинать смотреть «спектакль» можно с любой локации. Главное, улучшить момент, когда здесь же окажется кто-то из артистов, голосом автогида зачитывающих текст (иногда он что-то проясняет, иногда – нет), и потом уже не упускать их из виду…

Прямо скажем, мало у кого получилось последовательно обойти локации, разбросанные по всему Свияжску. Кому-то и вовсе не удалось пересечься с артистами и скрыть досаду по этому поводу, и только самые упорные в одиночку прошли весь маршрут. Безусловно, есть своя логика в том, что «Музей…» Дмитрия Волкострелова уводил их все дальше и дальше от мест массового паломничества, туда, где «ничего не происходит» и взгляд цепляет разве что полузатопленная лодка или причудливая коряга, или просто красивая панорама, открывающаяся с высокого свияжского берега… Переживания зрителей, оценивших возможность увидеть и побыть наедине не с парадным, а настоящим Свияжском, равно как и чье-то недоумение, раздражение тем, что «ничего не понятно», – это даже не часть спектакля-квеста, а, собственно, он сам и есть.

Одно из самых сильных впечатлений нынешней лаборатории – это тексты Юрия Клавдиева, написанные в Свияжске и имеющие «привязку» к его трагической истории (это, в частности, тень приснопамятного Льва Троцкого), но при всем том абсолютно самодостаточные, восходящие к лучшим образцам современной прозы. Первый – это монолог звездочета-юродивого, ставшего невольным свидетелем кровавых событий времен Гражданской войны, которые не обошли стороной Свияжск и служивших здесь монахов. Второй монолог начинает так: «Я – Река. Я живу своей жизнью, совершенно непохожей на все остальное. Я – Река. Я точно знаю свою задачу. Я теку. Точнее, течет что-то внутри меня, и я теку вместе с ним. Вместе со мной течет и движется все, на что хватает глаз…» И наконец, третья новелла, положенная в основу эскиза Романа Феодори «Единственный берег», – это история любви Степного Орла, предпочитающего ходить по земле и раздвигать крыльями высокую траву, и Лошади, мечтающей жить так, как если бы у нее за спиной были крылья. Излишне говорить, что они дорого поплатились за свою неспособность быть как все…

Вместе с Феодори над эскизом «Единственный берег» работали актеры Казанского ТЮЗа, и по всему чувствовались их влюбленность в драматургический материал и глубокая вовлеченность в творческий процесс. Но тексты Юрия Клавдиева настолько великолепны, что даже подчеркнутый минимализм эскиза – и в оформлении, и в актерском исполнении – иногда смотрелся чрезмерно иллюстративным и наигранным…

 


В течение недели трем командам в составе драматурга, режиссера и 5–6 актеров надо придумать некое подобие театрального действа в формате site specific («специфика места») на основе текстов, написанных здесь же, в Свияжске, по самым что ни есть свежим впечатлениям от знакомства с его историей и местными достопримечательностями


 

И в целом, по мере знакомства с эскизами прошлых и нынешней лаборатории, приходишь к неожиданному выводу: Свияжск – не самое театральное место. Вернее сказать, он сам по себе настолько колоритен и перенасыщен оттенками, несет в себе настолько мощную и противоречивую энергетику, что переиграть его ой как непросто. На мой взгляд, именно с этой данностью столкнулись авторы и участники третьего эскиза – «Свияжское время» (реж. Р.Саттарова), разыгранного прямо на берегу, на свежевыкрашенном дебаркадере. Конечно, трудно не согласиться с тем, что здесь, в Свияжске, даже время течет иначе. Оно более тягучее, ароматное… Но точно так же, как веселенький дебаркадер, лишь копия тех речных трудяг, которых и сейчас еще можно встретить на Волге, так и «сонливость», заторможенность артистов, их долгие и частые паузы были всего лишь имитацией «свияжского времени». Неудивительно, что зрители уносились взглядом дальше и выше – туда, где в предзакатном мареве текла река, на глазах розовели облака и в самом воздухе было разлито предчувствие того, что над Свияжском вот-вот зазвонят колокола…

И все-таки ключевое слово во всей этой истории – слово «лаборатория». Каждый из показанных эскизов не есть что-то застывшее и окончательное, каждый несет в себе энергию и возможность театра.