Три брата

print

Наверное, над братьями Файрушиными, что проживают в селе Исергапово Бавлинского района, какие-нибудь городские повесы, наловчившиеся деньги делать из воздуха, посмеются. Чудаки, дескать, на них воду возят, а они…


А что они? А братья и в самом деле «воду возят». Образно, конечно, говоря. Из года в год пашут и засевают поля, убирают урожай и вывозят навоз с фермы. Нередко работая без выходных, получают за это тысячу-полторы в месяц да несколько центнеров зерна после жатвы и вполне довольны своей жизнью. Во всяком случае, как мне кажется, нисколько не завидуют тем своим друзьям-товарищам, которые, устроившись в каком-нибудь подразделении нефтяников, получают «на лапу» в пять-шесть раз больше.


Скажете, журналистское преувеличение? Что не может в наше время, время размежевания общества на богатых и бедных, быть такого, чтобы нормальные здоровые мужики довольствовались малым и при этом, по крайней мере, не возмещали бы самим себе моральный, так сказать, ущерб хотя бы поллитровками. Сказать по правде, я и сам до недавнего времени так думал. Пока не приехал в Исергапово, не встретился с братьями.


Файрушины трудятся в СПК «Урал». Это добротное, крепкое хозяйство, специализирующееся на производстве зерна, молока и мяса. Главная его проблема — это текучесть кадров. Что только руководство хозяйства не предпринимает, чтобы остановить негативный процесс: и зарплату, приличную по сельским меркам, выдает, причем своевременно, и корма выделяет для нужд личных подсобных хозяйств, и подъемные демобилизованным из армии парням, и на свадьбы-похороны материальную помощь. Увы, соседство нефтяников с их не соизмеримыми с сельским хозяйством зарплатами — это как катализатор социального брожения в Исергапове. Да и не только здесь. В мехмастерской сельхозкооператива я перебросился несколькими словами с молодыми ребятами — недавно из армии.


— Нашли бы подходящую, прилично оплачиваемую работу — немедля ушли бы отсюда, — сказал один из них.


Парней держат только подъемные, выплаченные им по возвращении из армии, да договор о согласии отработать полученные деньги в хозяйстве в течение трех лет.


Одному Богу известно, что творится в душе у председателя сельхозкооператива Х.Газзалиева, когда он слышит такие слова. Но он, похоже, уже научился не изливать на людях свои эмоции. А может, просто присутствие корреспондента сдерживало его.


— Теперь вы понимаете, какую ценность для нас представляют такие, как братья Файрушины. Мы на них нынче молимся, — сказал Хаким Фазлыевич.


В прошлом году средний из братьев — Зуфар — на силосоуборочном комбайне КСК-100 убрал кукурузную массу на 400 гектарах, более 8 тысяч тонн. Это примерно то же самое, как если бы, скажем, на спортивных соревнованиях местного масштаба кто-то вдруг показал результат мастера спорта международного класса. Но показатель Файрушина — реальность, рожденная суровой необходимостью. Техника на селе, даже в лучших хозяйствах, сильно изношена, особенно кормоуборочная. А в «Урале» — 420 коров, много молодняка КРС, свиней и овец. Без кукурузного силоса даже просто перезимовать такому солидному поголовью скота было бы немыслимо, не говоря уже об обеспечении высокой его продуктивности. И именно это обстоятельство, прежде всего, и побуждает Зуфара, за которым закреплен самый мощный кормоуборочный агрегат, использовать его «на полную катушку». А это значит не только в поле день-деньской пропадать, но еще и ухитряться находить время для необходимых техуходов, а при поломках быстро устранять их.


— Спасибо, Зуфар, — сказал ему после уборочной председатель. — Ты сильно нас выручил.


И это председательское «спасибо» было для Файрушина, пожалуй, не менее ценной наградой, чем выданная вскоре денежная премия. Но еще важнее для Зуфара Фаридовича то, что теперь, в эти зимние дни, на ферме кормушки полны хорошего силоса, а доярки не злы и не крикливы.


Вот говорят, что быть на селе хозяином дано далеко не всем, и с этим трудно не согласиться. Но почему-то подразумевают за этим понятием непременно или руководителя хозяйства, или бригадира, или, наконец, фермера. Файрушины не хотят быть ни теми, ни другими и ни третьими. Но разве скажешь, что в них не развито чувство хозяина? Посудите сами.


Так уж получилось, что в праздничные дни молочнотоварная ферма осталась без должного присмотра. Случается такое иногда и в передовых хозяйствах. И вполне логично, что именно в этот момент на одной из ферм сломался навозоуборочный транспортер. Фермское-то оборудование в хозяйстве кое-где тоже на ладан дышит.


Ясное дело, в помещении стал быстро скапливаться навоз. Ведь одна корова, как подсчитано, накапливает его за день до 40 килограммов. А при хорошей кормежке да при использовании соломенной подстилки — еще больше. А если в коровнике 150 коров, сколько органики прибудет за 3-4 дня?


В общем, председатель, обнаружив в прямом смысле слова навозный потоп, объявил всеобщий аврал. Почти все специалисты направились на ферму. Но кто первым полез в навозную жижу голыми руками, закатав рукава спецовки, чтобы вытащить концы оборванной скребковой ленты? Зиннур — старший из братьев Файрушиных.


…Счастливы те, кто на работу идет с желанием. Файрушины ежедневно встают в четыре-пять утра, чтобы через полчаса-час уже отправиться на производство. А с каким настроем они шагают в мехмастерскую?


— С хорошим, — говорит Зуфар. — А что нам хмуриться? Здесь мы живем, это наш колхоз, тут наши друзья и знакомые…


К технике Файрушины приобщились со школьной скамьи. Зиннур осваивал трактор с дядей Ахатом, в четырнадцать лет уже умел управлять сложной машиной. Тогда-то и зародилась в нем мечта стать механизатором. Не летчиком, не космонавтом, а именно механизатором. Отслужил после школы в Афганистане, и потом — сразу в колхоз. Косит на своей «Беларуси» сено, копает картошку, подвозит корма. Зуфар и Сагит, правда, попробовали себя поначалу в модной тогда сельхозмелиорации, в Бавлах. Но не понравилось: приходилось ежедневно ездить на рейсовых автобусах туда и обратно. И рядом вроде бы, а не по душе. И тоже осели в родном хозяйстве.


Зимой сумерки наступают рано, а потому в шестом часу вечера все три брата уже вернулись домой, в том числе и Сагит, который на гусеничном тракторе вместе с товарищами возит в эти дни солому с полей на ферму. Зиннур и Сагит — семейные, живут в собственных домах. А Зуфар, как убежденный холостяк, — в отцовском доме, в качестве главного помощника пожилых родителей. Которые, слава Богу, живы, но мать, Закию Газизовну, накануне Нового года пришлось срочно увезти в районную больницу с приступом сахарного диабета, а отец — Фарид Ахметгалиевич — хотя и на ногах, но глухой — ничего не слышит.


Все три дома рядом. Мы стоим с братьями у калитки и дышим чистым воздухом. Улицы села освещены оконным светом, а кое-где и фонарями. Тихо. Лишь изредка прошумит машина на пролегающем через село шоссе. За Иком, что в двух километрах от села, темнеют поросшие лесом холмы Оренбуржья. Невысокого роста, худощавые, братья молча курят. В такие минуты особенно остро прорезается в душе чувство малой родины. Начинаешь глубже понимать природу притяженья родной земли, родимых мест, где родился и вырос и которым хранишь верность. Во всем, что видишь и что много лет тебя окружает — в изгибах улиц, в снежной белизне крыш, в причудливых узорах палисадников, даже в самой ночной прохладе, — угадываешь те маленькие магнитики, которые неодолимой силой притягивают тебя к отчему краю. И это чувство создает в душе неповторимое ощущение гармонии, наполненности жизни, ее осмысленности. В такие минуты тают где-то в глубине тебя последние капли того горького осадка, что возникает порой из-за ложного ощущения, что настоящая жизнь проходит мимо, там, где тебя нет, и что бокалы с шампанским на том празднике жизни поднимают совсем другие.


…Утром братья, как это и заведено, поднялись рано. В полшестого они были уже в мехмастерской, пропахшей соляркой и мазутом. Их, конечно, радует, что здесь порядок, четкий ритм, налаженность.


— Привет, абы, — машут они руками кузнецу Мугаллиму Насибуллину.


В этом их приветствии — уважение к аксакалу колхозного производства. Ну а как не уважать Мугаллима Калимулловича, если он даже теперь, будучи на пенсии, со своим делом справляется так, что молодым на зависть. Все четыреста борон он уже выставил на линейку готовности, и пальцы их выровнены и отточены так, что любо-дорого смотреть. На совесть трудятся мастер-наладчик Махасим Шарипов, тракторист Чулпан Самигуллин, комбайнеры Ренат Хакимов и Анас Гарифуллин. И в каждом из них Файрушины чувствуют родственные души, те качества, которые присущи им самим.


В хозяйстве полным ходом идет подготовка к весенним полевым работам. Как обычно, не хватает то одних, то других запчастей. Особенно поршневых групп, коленвалов, топливной аппаратуры. Но не дремлет и инженерная служба, достает все необходимое. И вот уже культиваторы полностью восстановлены, теперь навалились на сеялки и тракторы.


Файрушины уверены: к старту посевной техника будет готова. И будет в достатке хороших семян и нужных минеральных удобрений. Это в «Урале»- традиция. Так было при прежнем председателе Р.Фахриеве, так наверняка будет и при Х.Газзалиеве. Потому что традиции создаются годами и в одночасье не рушатся. И снова на полях пойдет двухсменная работа, и снова жизнь исергаповских механизаторов наполнится величайшим на земле смыслом.