Шантаж как средство международной политики

print

То, что проделала Северная Корея с Соединенными Штатами Америки, иначе как шантажом назвать нельзя. Смысл комбинации прост: или вы даете нам мазут для питания наших электростанций, или мы достанем из-за пазухи атомные бомбы.


Какой-нибудь Ирак за такие штучки американцы разбомбили бы немедленно. Там, собственно, для доказательства наличия оружия массового уничтожения и топчется уже столько времени ооновская комиссия. А тут само правительство Северной Кореи заявляет о выходе из договора о нераспространении ядерного оружия, чем свидетельствует либо о наличии в стране такового оружия, либо о стремлении его создать, — и хоть бы что. Вместо того, чтобы тут же наказать ослушника, с ним договариваются, чтобы он сильно не чудил, а за это мазут ему все-таки дадут.


А ведь КНДР — это совсем не Советский Союз, который в свое время называли Верхней Вольтой с атомными ракетами. Напомню, что до 1960 года Верхняя Вольта была колонией Франции, а в 70-80-х годах прошлого века испытывала период политической нестабильности и имела один из самых низких доходов на душу населения в мире. Она и сейчас, называясь Буркина-Фасо, далеко в своем развитии не ушла и имеет всего 1100 долларов ВВП на душу населения в год. В России нынче, даже после двукратного «реформаторского» падения, годовая доля ВВП на душу населения составляет более 4200 долларов.


В Северной Корее этот показатель не превышает 1000 долларов. Что можно создать на такие средства?


На этот счет мнения экспертов сильно расходятся. Одни считают, что при помощи Советского Союза Северная Корея могла построить стратегические ракеты, способные достигать целей в Японии, что последнюю, естественно, не может не беспокоить. И те же скептики полагают, что у КНДР уже сейчас может иметься некоторое количество ядерных боезарядов. Поскольку есть, и достаточно большие, запасы природного урана и имеются реакторы для преобразования его в уран оружейный. Другие, напротив, думают, что при всей дружбе СССР с КНДР передать все технологии производства ядерного оружия не было просто никакой физической возможности, а самостоятельные усилия северокорейских ученых, даже при государственной концентрации усилий, также не могли продвинуть эту задачу даже на близкие подступы к ее решению. То же касается и возможности производства хоть сколько-нибудь значимого количества ракет, способных долететь до Японии.


Точного ответа никто, разумеется, не знает. Вот эта неопределенность и позволяет «любимому руководителю» Ким Чен Иру блефовать. Что он с успехом и делает. А Россия ему в этом нелегком деле усердно помогает. Российский МИД выступил с «миротворческой» инициативой по урегулированию северокорейского кризиса. Смысл ее сводится к тому, что Америка должна дать КНДР горючее и еду. А та взамен не будет грозить своими бомбами, которых, может быть, у нее и нет. И надо же: Америка согласилась на эти унизительные, в сущности, условия. Что это с ней такое приключилось?


Где-то года полтора-два назад мне уже приходилось писать о современной военной доктрине США под условным названием «Две с половиной войны». Смысл этой доктрины, если говорить коротко, сводится к тому, что вооруженные силы США должны иметь возможность вести одновременно победоносные военные операции в двух «горячих точках» мира, а в третьей — успешно сдерживать противника. На сегодня у Америки уже имеется «полуполноценная» горячая точка — Афганистан. Там далеко не все проблемы еще разрешены. Назревает вполне полноценная точка — Ирак. И есть еще тлеющая до сих пор Югославия, теперь, правда, уже бывшая. Трудно сказать, как все это оценивают в американском Объединенном комитете начальников штабов (наш аналог Генштаба), но, кажется, Северная Корея в цифру «2,5» не вписывается.


Отсюда, видимо, и проистекает неожиданное миролюбие верховной власти США по отношению к КНДР, ею же самой включенной в мировую «ось зла». Грубо говоря, американцам сейчас не до корейцев. А союзников японцев как-то надо успокоить. И потом, ну что там есть в Корее? Из-за чего бодаться? Добро бы были нефтяные прииски, как в Ираке, а так — пустое место.


Все это, однако, временно. По всему видно, что в мире сейчас международное право уступает место праву силы. Вчера у американцев была Югославия, сегодня — Ирак, завтра — Корея, послезавтра — всякий, кто им не приглянется. Под шумок борьбы с терроризмом, которая, разумеется, нужна, ликвидируется само понятие национального суверенитета. Теперь он может быть защищен не международным правом, а только силой самой страны.


Что же касается корейцев, то они правильно воспользовались текущим моментом. Ну а дальше, как для всякой малой нации, — Бог выведет.