Третья версия пока никем не опровергнута

print

Недавние события в Нальчике еще раз продемонстрировали желание чеченских сепаратистов разжечь огонь конфликта на всем Северном Кавказе. Особенно неспокойно в последнее время в Ингушетии, Дагестане и Кабардино-Балкарии. Вооруженное столкновение в Нальчике, при всей своей похожести на предшествующие, имеет и много отличий.


Сегодня существует множество версий этих событий, основными из которых являются три. Согласно первой, боевики решили продемонстрировать новому президенту Кабардино-Балкарии свою силу и власть, попутно освободив из изоляторов других экстремистов, а также захватив секретные документы в правоохранительных органах.


Вторую версию озвучил заместитель министра МВД России Александр Чекалин в беседе с Владимиром Путиным. В преддверии событий в Нальчике близ города был найден схрон с оружием и огромным (до полутонны) запасом взрывчатки, и в засаду попала группа боевиков из десяти человек, пришедшая забрать арсенал. Чтобы отвлечь внимание спецназа от этой группы, среди которой якобы находился один из лидеров сепаратистов, и было устроено нападение на город, которое планировалось на более поздние сроки.


Однако самый большой резонанс вызвала третья версия, которая до сих пор официально не опровергнута. В соответствии с нею боевики планировали захватить в Нальчике военно-транспортный самолет с системой распознавания «свой-чужой», которая не позволила бы средствам ПВО идентифицировать воздушное судно как враждебное. Самолет, оснастив взрывчаткой, о которой говорилось выше, предполагалось отправить на Москву. Автором плана якобы являлся Басаев.


В пользу такого варианта развития событий говорят сразу несколько фактов. За несколько дней до нападения боевиков был задержан заместитель начальника службы безопасности аэропорта Анзор Жамгуразов, который признался в сотрудничестве с экстремистами и передаче им схемы аэропорта. В июне в распоряжении правоохранительных органов оказался архив Шамиля Басаева, в котором среди прочего была обнаружена видеокассета с подробно отснятыми системами жизнеобеспечения и всеми приборами управления военно-транспортным самолетом Ан-124. Кроме того, в ФСБ уже имелись сведения о подготовке полета самолета со взрывчаткой на Москву.


Погрузку смертоносного вещества планировали произвести в суматохе, которая возникла бы во время нападения боевиков на город. Для этого понадобилось бы лишь загнать в транспортный люк самолета машину со взрывчаткой. Взлет тоже вряд ли привлек бы внимание — расписания полетов военно-транспортных самолетов нет, а во время завязавшегося боя взлет борта выглядел бы вполне естественно.


После ареста заместителя начальника службы безопасности аэропорта Анзора Жамгуразова боевики, опасаясь, что их планы раскрыты и органы напали на след, предприняли попытку захвата Нальчика.


Какая из этих версий наиболее полно соответствует действительности, предстоит разобраться спецслужбам. На руках у них сейчас неплохие «карты» в виде тридцати захваченных боевиков.


Если же оценивать итоги операции в целом, то можно уже сейчас сделать несколько выводов. По своему фактическому проведению вооруженное нападение в Нальчике очень напоминало прошлогоднюю операцию в Назрани, только если в Ингушетии бандиты ушли практически безнаказанными, то в Кабардино-Балкарии большинство из них или были уничтожены, или попали в плен. Сейчас все сходятся на том, что спецслужбам было заведомо известно о планах террористов и действовали они во многом на упреждение. И это, несомненно, можно рассматривать как победу — уж очень нечасто власти за последние годы к нападению бандитов удавалось подготовиться заранее.


Однако это победа в сражении, но не в войне. Необходимо признать, что и в Назрани, и в Нальчике боевики скрывались за личиной мирных и законопослушных граждан, многие даже работали в правоохранительных органах, снабжая террористов всей необходимой информацией, а затем выступили на их стороне. Известен случай, когда в Нальчике по разные стороны баррикад оказались даже братья. Причина этого явления кроется в общем социальном неблагополучии региона — запредельно высокая безработица, отсутствие перспектив и моральных ориентиров приводят к тому, что все большим влиянием на Кавказе, особенно среди молодежи, пользуются религиозные лидеры экстремистского толка. И в этом — стратегический проигрыш федеральной власти, таящий в себе опасность новых конфликтов.


Сегодня абсолютно очевидно, что только военного решения кавказской проблемы не существует, необходима грамотная, продуманная и целенаправленная политика в этом регионе.