25 апреля 2019  11:47
Распечатать

Последний романтик

Опубликовано: 13.04.2002 0:00

На практику после четвертого курса факультета журналистики МГУ я попала в «Советскую Татарию». Точнее — напросилась. Написала письмо редактору (не зная даже его имени-отчества) с просьбой прислать, если это возможно, запрос на факультет. Впрочем, на ответ я не очень надеялась. И — о чудо! — через две недели получила не только запрос, но и коротенькое неофициальное письмо от редактора М.А.Колодина, написанное от руки и кончавшееся словами: «Мы вас ждем».


Как ни грело меня это теплое приглашение, порог редакции я перешагнула с трепетом: до того мы проходили практику в заводских многотиражках и «районках», а тут — настоящая, большая газета, республиканская. В кабинет редактора вошла, как на экзамен, с мокрыми от волнения руками. Из-за стола легко поднялся стройный седоватый мужчина с необыкновенно голубыми глазами, ободряюще улыбнулся: «С приездом!» Минут десять он расспрашивал меня о Москве, университете, факультете, потом попросил секретаршу пригласить Яна Борисовича.


Через какое-то время в кабинет вошел невысокий человек с кудрявой головой и живыми карими глазами. Михаил Андреевич представил меня:


— Вот, Ян Борисович, вам помощница, практикантка из МГУ. — И, обратившись ко мне, добавил: — Это наш заведующий отделом литературы и искусства Ян Борисович Винецкий.


Эта фамилия повергла меня в легкий шок. В школьные годы в нашем классе некоторое время училась Аня Винецкая. Мы знали, что Анин отец — писатель. И это обстоятельство как бы ставило Аню на ступеньку выше всех остальных. Писатель — это было из такого заоблачного и недосягаемого далека, что казалось нереальным… Ян Борисович улыбнулся как-то мягко и словно застенчиво, и мы покинули редакторский кабинет.


Я страшно боялась, как-то писатель посмотрит на мое «творчество», но все обошлось без «кровопролития». Два месяца пролетели незаметно. Атмосфера в отделе была совершенно неофициальна и доброжелательна. Часто в конце дня, скинув все «горящие» дела, мы втроем (третьим был сотрудник отдела, светлый человек Володя Павлов, ставший впоследствии редактором многотиражки и рано ушедший из жизни) вели праздные беседы на различные темы. Закоперщиком тут, конечно, был Винецкий, хотя и Павлов ему не очень уступал. Справедливости ради следует сказать, что практика моя Винецкому нужна была как рыбе зонтик и он был страшно доволен, когда Павлов добровольно взял надо мной шефство: подсказывал темы и адреса, отправлял в командировки. Зато когда срок мой истек, Ян Борисович написал мне такой отзыв, с которым можно было идти сразу в «Комсомольскую правду». Одно слово — писатель! Мы расстались добрыми друзьями, и, признаться, я не думала, что наши пути сойдутся еще когда-нибудь.


Но судьба все же свела нас. В 1967 году я появилась в «Советской Татарии» на пороге отдела науки, культуры и школ. Заведовала им Валентина Яковлевна Гудкова, а старшим литсотрудником был… Винецкий! Мы радостно узнали друг друга.


Ян Борисович работал много, не гнушался никаких жанров и тем, не пренебрегая и малыми формами — информациями, текстовками. Казалось бы, писатель, имевший в своем творческом багаже несколько популярных романов, мог и не мелочиться, а выдавать на-гора крупные очерки и проблемные статьи, но он делал то же, что и все. В те времена существовало жесткое правило, по которому 60 процентов корреспондентской отработки должны были составлять так называемые авторские материалы, в которых от автора порою была только фамилия. И Винецкий «гнал» авторские строчки, бегал по каким-то вернисажам и конференциям ради двадцатистрочной информации или банального отчета. Конечно, он писал и очерки, и рецензии, и статьи, но все это было в пределах остававшихся сорока процентов. А жаль! Впрочем, Ян Борисович не тяготился этой суетой, а находил в ней и смысл, и вкус, наполняя свою писательскую копилку интересными случаями, героями, историями, делая замечательные открытия.


Так он открыл миру Михаила Девятаева. Об этом выдающемся нашем современнике столько сказано и написано, что нет смысла повторяться. Одно только стоит напомнить и запомнить навсегда — первым нашел его в Казанском речном порту и поведал о его подвиге корреспондент газеты «Советская Татария» Ян Борисович Винецкий.


Историю этого открытия Винецкий рассказывал охотно и многократно, каждый раз расцвечивая ее какими-то новыми деталями. Он вообще очень легко вступал в диалог и с незнакомыми людьми, а уж со знакомыми! Возьму на себя смелость утверждать, что в те годы отдел культуры был самым посещаемым в редакции. Кто только не бывал в нем! Маститые писатели, музыканты, артисты, художники, искусствоведы и начинающие авторы заходили сюда не только для того, чтобы «пристроить» свои статьи или «заказать» рецензию, но и просто пообщаться, обменяться последними новостями и впечатлениями. И бесспорно, главным притягательным магнитом был Ян Борисович. Винецкий рассказывал всегда артистично, «вкусно», заражая собеседника своим азартом. Вообще, до седых волос в нем сохранилось очень многое от его незабываемой героической молодости, и часто, когда он увлекался, в нем снова проглядывал восторженный юноша, подлинное дитя своего романтического времени.


Сын скромного еврейского портного, Винецкий волею пролетарской революции получил возможность строить свою жизнь по-новому. И в 17 лет он покинул родительский дом, уехал в Ленинград и поступил учеником токаря на завод имени Карла Маркса. А через два года, откликнувшись на призыв, по рекомендации комсомола стал курсантом Ленинградской военно-теоретической школы летчиков. О, эти легендарные тридцатые годы! Время тех, кто был рожден, «чтоб сказку сделать былью». Страна дала им «стальные руки — крылья, а вместо сердца — пламенный мотор!» Кто из мальчишек, подростков, юношей не мечтал тогда о небе, о славе Чкалова, Байдукова, Каманина, Белякова, Громова! Романтики тридцатых! Это они, когда над республиканской Испанией нависла фашистская угроза, не раздумывая отправились в далекую неведомую страну, чтобы отстоять ее свободу. Сын своего времени, Винецкий не стал исключением. Молодой специалист, инженер отряда эскадрильи «Ультиматум» в августе тридцать шестого был уже под Мадридом. Ему повезло, и спустя год с небольшим он вернулся назад со своей первой наградой — орденом Красной Звезды. Его впечатления и воспоминания, яркие, незабываемые, выльются сначала в небольшую повесть «Соловей», а позже, почти через двадцать лет, — в «Мадридскую повесть».


После Испании Ян Винецкий еще девять лет служит военным представителем Главного управления ВВС на авиазаводах Ленинграда. Осенью 1941-го вместе с заводом эвакуируется в Казань. Отсюда, кстати, в 1943 году он вылетал на Волховский фронт, где участвовал в боевых испытаниях опытных самолетов. Но это была единственная его командировка на линию огня. И военных наград у него было немного — три ордена Красной Звезды и три медали — «За боевые заслуги, «За победу над Германией», «За оборону Ленинграда».


Еще находясь на военной службе, Винецкий начал осваивать мирные профессии. В 1944 году появился его первый рассказ «Бабий полк». А с 1945 года он всерьез стал заниматься литературным творчеством, одновременно экстерном осваивая премудрости юриспруденции. Выйдя в отставку и получив диплом об окончании Казанской юридической школы, Ян Винецкий становится прокурором по промышленности отдела общего надзора Прокуратуры ТАССР. Боже! Как это не вяжется ни с его складом характера, ни с его призванием! Наконец и он сам убеждается в этом и через восемь лет оставляет прокуратуру, чтобы связать свою жизнь с «Советской Татарией».


Он отдал газете 16 лет. Фортуна играла с ним в обидные игры. Винецкий был заведующим отделом, литсотрудником, старшим литсотрудником, разъездным корреспондентом, заместителем заведующего отделом, опять литсотрудником. Отчасти повинны были в том обстоятельства: происходило слияние русской и татарской газет, потом их разъединение, то же случалось и с отделами. Но в чем-то, возможно, сыграл роль и его характер: Ян Борисович был очень эмоционален, с обостренным чувством справедливости, и иногда мог позволить себе нелицеприятные высказывания в адрес вышестоящих особ. Но в основном все перипетии он сносил молча, стоически, хотя, конечно же, в нем накапливалась какая-то темная субстанция, которая в конце концов подвигла его на демарш. В октябре 1969 года, проработав почти 14 лет в отделе литературы и искусства, он перешел в партийный отдел.


Сделано это было достаточно демонстративно и выглядело странновато. Конечно же, Винецкий был партийцем с большим стажем (аж с 1938 года), в редакции входил в партбюро и даже избирался заместителем секретаря парторганизации. Однако вопросы партийной жизни привлекали его, мягко говоря, не очень. Но слава Богу и тогдашнему редактору Александру Ивановичу Клименкову, который не стал ломать Винецкого, принуждая его к партийной тематике, а предоставил ему «карт-бланш». И Винецкий в эти два с половиной года буквально обрел второе дыхание. Из-под его пера появились яркие, крупные очерки о строителях Камского автомобильного гиганта и Набережных Челнов, о нефтяниках. Эти очерки, отмеченные принципиальным авторским взглядом, глубоким проникновением в человеческие судьбы и характеры, сделанные рукой настоящего мастера, были достойно оценены и коллегами-журналистами, и широкой читательской аудиторией.


Ян Борисович ушел из газеты в 1972 году, когда ему исполнилось 60 лет. Тогда были такие жесткие правила: дожил до пенсии — до свидания! А мог бы, наверное, еще поработать. И как знать, может, и не ушел бы он из жизни в 75 лет. Впрочем, пути Господни неисповедимы.


За давностью времен сейчас уже точно не вспомнить, когда это случилось, кажется, в начале шестидесятых. Винецкий был в Москве, и на улице Горького, возле Центрального телеграфа его буквально «размазал по стенке» какой-то пьяный водитель. «Собранный по частям», Ян Борисович долгое время находился между небом и землей. Но, видно, не все еще земные его дела были завершены, и он остался жить. И работать. И никогда не жаловался на свои болячки. А они все-таки загнали его в угол. В последние годы Винецкий стал катастрофически терять зрение и в конце концов полностью ослеп. Но продолжал работать, диктуя страницы недописанной книги…


В юбилейном для нашей газеты 1967 году в небольшой публикации «Путешествие к герою» Винецкий рассказывал о том, как он выходит на «фигурантов» своих очерков и какой резонанс эти очерки обретают. В частности, через два месяца после публикации рассказа о Девятаеве никому не известный «капитан чумазого катера» был удостоен звания Героя Советского Союза. А после очерка о Владимире Павловиче Распопове, казанце, полковнике царской армии, перешедшем во время революции на сторону народа и служившем под руководством Фрунзе, Винецкий получил письмо от генерал-лейтенанта Тодорского. В нем говорилось: «Вы возродили для Родины одного из самых выдающихся полководцев Гражданской войны и самых скромных людей. Я, как редактор трехтомника «История Гражданской войны», рад сообщить, что Распопов Владимир Павлович включен в этот трехтомник, как один из выдающихся полководцев Гражданской войны.


Я счастлив, что мои письма в адрес военного министра (тогда им был маршал Жуков) привели к назначению пенсии всесоюзного значения В. П. Распопову».


Многие ли из собратьев по журналистскому цеху могут похвастаться такой результативностью своих материалов? Но нет пророков в своем Отечестве…


Заканчивалась заметка простенько, но символично: «Героев не надо искать далеко. Герои — рядом». Эту цитату в полной мере можно отнести и к самому автору.


Ян Винецкий, хороший писатель, блестящий очеркист, публицист, критик ушел из жизни в 1986 году. В году, когда «занялась заря» Великой Перестройки. И думается, что в этом была высшая справедливость Провидения, которое избавило его от присутствия при крушении того мира, в котором и для которого жил и творил последний романтик нашей редакции Ян Борисович Винецкий.


Юлия ПОРОШИНА.


На снимке: корреспондент «Советской Татарии» Ян Винецкий и герой его публикаций Михаил Девятаев.


Выпуск: № 75 (24631)


Добавить комментарий

посадка-леса 24.04.2019

Посади своё дерево!

Республиканская природоохранная акция «День посадки леса» пройдёт 27 апреля. Новые леса традиционно будут заложены во всех муниципальных районах, для этих целей подготовлено 2,5 млн штук посадочного материала....
1330
халяль 24.04.2019

Планета халяль

В Казани открылась международная выставка Russia Halal Expo....
1470
грачонок 24.04.2019

Десятый «Грачонок» пошёл…

Новый противодиверсионный катер «Грачонок» для нужд Военно-морского флота России заложили на Зеленодольском заводе им.Горького....
1310
сетивая 24.04.2019

Татарстан переходит на «умные счётчики»

«Сетевая компания» установит в республике 132 тысячи интеллектуальных приборов учёта....
1170
турнекет 24.04.2019

«Без турникетов» на острие прогресса

На днях студенты Казанского государственного энергетического университета побывали на крупнейшем энергетическом предприятии столицы Татарстана....
890
  • Мнение

    Фарид МУХАМЕТШИН, Председатель Госсовета Татарстана в интервью "Парламентской газете":

    мухаметшин

    У нас неплохо отрегулированы отношения с федеральным центром, но есть вещи, которые хотелось бы изменить. Например, законы, касающиеся местного самоуправления. Мы пока этот законопроект не оформили и не отправили. Но мысль такая: надо пересмотреть налоговое законодательство в пользу муниципалитетов в целях подкрепления реального местного самоуправления. Тогда у него будет и налоговая база, и заинтересованность в ее  расширении, и полномочия,  которые будут обеспечены мандатом заработанных денег.

    Все мнения
  • Цены на рынках


  • Дни рождения

    25 апреля

    Рустам Рифгатович Абдулхаков (1983), директор предприятия «Казгорсвет», депутат Госсовета РТ.

    Борис Германович Петров (1956), руководитель Приволжского управления Ростехнадзора.

    Рифнур Хайдарович Сулейманов (1963), директор объединения «Татэнергосбыт», депутат Госсовета РТ.

  • Найди свою малую Родину
  • История в рисунках и цифрах

    11.01.1930

    11.01.1930

    Газета «Республика Татарстан» («Красная Татария»), №08-11.01.1930

    Другие рисунки и цифры

    СПЕЦСЛУЖБЫ

    112 - Единый номер вызова экстренных оперативных служб
    спецслужбы
    Единый номер
    всех спецслужб – ВИДЕО

    Книга жалоб

    Другие жалобы

    А что в Сети?


    Архив выпусков

    Архив выпусков (1924-1931)

    Список всех номеров