7 июля 2020  6:07
Распечатать

Яков Богородский: «Человек облекся в тяжелую плоть и стал трупоносцем»

Опубликовано: 09.01.2004 0:00

Видный представитель казанской школы химиков, заслуженный деятель науки и техники ТАССР А.Я.Богородский был сыном богослова — Якова Алексеевича Богородского. Родившись 14 октября 1841 года в семье пономаря Нижегородской губернии, Яков пошел по отцовской стезе. Первоначальное образование получил в Нижегородской духовной семинарии, где с 1858 года обучался наукам философским и физико-математическим, сельскому хозяйству и языкам — еврейскому, греческому, латинскому и французскому. Кончив курс со званием студента, в 1864 году Яков отправился держать экзамены в Казанскую духовную академию. Надо сказать, что вызов на испытание получали далеко не все семинаристы, а лишь перворазрядные, то есть обладающие способностями и здоровьем.


А.Я.Богородский Чем явилось путешествие в Казань в судьбе 23-летнего разночинца — подчинением воле родителей или сознательным выбором человека с развитым религиозным чувством? Трудно сказать. Несомненно одно — без соблазнительной мысли броситься вон из духовного звания в одно из высших учебных заведений не обошлось. В 1863 году для воспитанников семинарий открылся прием в университеты, которые многих манили свободой жизни и достойной карьерой. Однако более всего сын пономаря страшился возвратиться из академии вспять невостребованным, и не потому, что сомневался в том, что не справится с сочинением по богословию на латыни или на современную тему: «Что такое прогресс и как судить о нем». Яков прослышал от земляков, что при поступлении в академию большее внимание, чем глубине познаний, стало уделяться внешнему виду соискателей, бойкости их речи и благовоспитанным манерам. Как раз с этим у выпускников Нижегородской семинарии были проблемы: они резко отличались от других неумением держаться, грубым произношением на ¦о¦ и старинными бурсацкими сюртуками до пят.


Надо сказать, и сама Казанская духовная академия к тому времени тоже не производила былого величественного впечатления. Помещения перестали сиять свежестью и новизной по причине редких малярных ремонтов, полы не мылись до лоска, а чугунные плиты на лестнице не натирались графитом. Студенческие спальни редко проветривались, в них не возбранялось держать съестное и курить, некоторые питомцы щеголяли грубыми манерами под влиянием вошедших в моду базаровых и рахметовых. Возникший во второй половине ХIХ века культ учащейся молодежи расшатывал устои. Сам ректор о.Иннокентий Новогородов со студентами академии был довольно фамильярен: вел в начальственном кабинете доверительные разговоры, спорил о «совершенно партикулярных материях», выслушивая даже дерзости. Когда спохватился и попытался восстановить действие всех параграфов устава, было поздно. Старшекурсники, вкусившие свободы, стали попросту уходить.


Что касается Якова Богородского, то он, скорее всего, не разделял вольнодумства товарищей, их непочтительности по отношению к старшим. В «Истории Казанской духовной академии», изданной П.Знаменским в 1892 году, среди любителей пошалить-подерзить его фамилии нет. Она упомянута по более серьезному поводу. В 1864 году студенты создали кассу взаимопомощи (громко названную банком). Все дела по выбору собрания были переданы студенту Богородскому, который и оставался на ответственной должности до выпуска.


Внучка и правнучка Якова Алексеевича.Конец тяжелому периоду Казанской духовной академии, когда позитивный настрой поддерживался благодаря только силе прежних преданий и научного направления, энергии лучших преподавателей и питомцев, пришел в 1868 году одновременно с выпуском из 17 человек. Результаты Якова Алексеевича были блестящими: его утвердили в степени магистра богословия, причислили к первому разряду воспитанников и определили на должность наставника в Казанскую духовную семинарию по классу словесности. В этот период в жизни Богородского произошло еще несколько важных событий. В 1869 г. молодому специалисту дали казенную квартиру на улице Воскресенской, благодаря чему он мог сделать предложение дочери священника Вознесенской церкви Ястребова.


«Свершилось» — написал влюбленный в своем дневнике. — Катенька — моя невеста». В наставнической корпорации на его брак по привычке посмотрели с удивлением и страхом. Уж слишком скромным было жалованье преподавателей; и все, что выходило за пределы удовлетворения насущных потребностей в пище и одежде, являлось для них недоступным. Однако в аккурат к женитьбе Якова Алексеевича академическому совету удалось доказать Св.Синоду, что содержание в Казани никак не дешевле, чем в Петербурге, и с 1870 года наставники стали получать жалованье в размере университетских окладов.


В том же году у молодой четы родился сын, а счастливого родителя, согласно прошению совета Казанской духовной академии, единогласно избрали на должность доцента академии по кафедре библейской истории. В аlma mater уже два года как правил новый ректор архимандрит Никанор, универсально образованный человек, знаток светских наук, имевший развитый вкус в музыке и литературе. Неудивительно, что под его началом Яков Алексеевич с головой окунулся в научно-литературную деятельность. Первыми ее плодами стали статьи «К вопросу об ессеях» и «Об идолопоклонстве евреев в период судей», напечатанные в журнале «Православный собеседник».


В 1876 году неожиданно ушла в мир иной любимая Катенька. Попыток найти ей замену безутешный супруг не предпринимал в течение всей оставшейся жизни. Сына Алексея воспитывал самостоятельно: старался создать дома среду, где творческие силы ребенка самостоятельно развертывались бы, — дарил столярные и токарные инструменты, спиртовую лампочку и пробирки для химических опытов, добывал интересные книги.


Себя же доцент Богородский полностью посвятил научной работе. Карьера его неуклонно шла в гору. Он вышел в светское звание, что требовало от представителей его сословия медицинского освидетельствования и немалых денежных расходов на пошлину, гербовую бумагу и патент. В 1878 году Богородский получил чин надворного советника, через год был награжден орденом Святой Анны 3-й степени и вновь повышен в чине — стал коллежским советником. Спустя четыре года он баллотировался в звание экстраординарного профессора на свободную вакансию церковно-исторического отделения. По произведенной советом Академии закрытой баллотировке он оказался «единомышленн избранным c результатом 12 шаров «за» и 0 «против».


А через два года в совет Казанской духовной академии от него поступило сочинение под названием «Еврейские цари» на соискание ученой степени доктора богословия. В предисловии к труду соискатель так определил свою цель: «Отстоять безусловную истину библейского текста, нередко отрицаемую вольнодумцами». То есть, по сути, Яков Богородский решил сделать актуальный комментарий к Библии — на стыке традиционного и набирающего силу атеистического сознаний. Например, полемизируя с одним из рационалистов-современников, богослов доказал полную несостоятельность его обвинений царя Давида в том, что он «умер достойным самого себя — с убийством на устах». На самом деле предсмертные слова Соломона были не завещанием, а наставлением. Объясняя логику ветхозаветных поступков, Богородский проводил аналогии между делами давно минувших дней и политическими реалиями просвещенного века, например, государственный строй иудеев — до назначения над ними пророком Самуилом царя — сравнивал с федеративной республикой.


Сочинение «Еврейские цари» было издано отдельной книгой и публично защищено Богородским на общем собрании совета академии в июне 1884 года, о чем заранее объявили в «Казанских губернских ведомостях». В 1885 г. автор был удостоен за труд премии митрополита Макария, утвержден в степени доктора и звании ординарного профессора.


Далее жизнь вновь пошла своим размеренным чередом: получение чина статского советника, наград — Анны 2-й степени, Владимира 4-й, Станиславов 2-й и 3-й, чтение публичных лекций в зале Казанской городской управы для сбора средств Обществу вспомоществования недостаточным студентам, работа в комиссии по объяснению неудобопонятных слов и выражений в пророческих книгах св. Писания. Но вдруг в 1888 году сын, окончивший I классическую гимназию, нарушил стабильность существования семьи «безрассудным» поступлением на юридический факультет КГУ. Через год, осознав ошибку, Алексей перешел на отделение естественных наук, но там тоже порядочно отвлекался от занятий и на экзаменах по химии не единожды терпел провал. Тогда Яков Алексеевич предъявил ультиматум: «Не сдашь экзамена — зарабатывай себе сам на жизнь». Эти суровые слова, по всей видимости, и содействовали формированию Алексея Богородского видным ученым, которому сам Менделеев писал восторженные письма.


Дом Богородских на улице Волкова. В 1906 году Яков Богородский выпустил второе издание сравнительной характеристики царствований Саула, Давида и Соломона и новый труд под названием «Начало истории мира и человека. По первым страницам Библии» (переиздан в 1909 г.), который стал делом всей жизни 65-летнего ученого. В «Начале…» Богородский проявил энциклопедическое знание всех научных теорий своего времени, им он противопоставил метафизическое знание, основанное на интеллектуальной интуиции, с доказательствами превосходства последнего в кардинальных вопросах бытия. Проникновенный взгляд Богородского на особенности еврейского слововыражения высветил истинный смысл библейского текста. Не о землетворении говорится на первых страницах Ветхого Завета, доказал он, а о миротворении в целом. Поэтому под словами «Вначале сотворил Бог небо и землю» нужно разуметь всецелый состав мира видимого — все вещество в таком первоначальном состоянии, для названия которого нет определений в языке (пресловутая «тьма поверх бездны»). Твердь же среди вод, устроенная Богом и названная небом, не означает явления метеорологического: поднятия с земной поверхности водяных паров и скопления их в атмосфере в виде облаков. Речь идет об устроении мириад отдельных масс и установлении между ними закона всемирного тяготения. Установившееся пространство между мировыми телами и есть, по мнению Якова Алексеевича, истинное «небо-твердь», в которой разразится катастрофа апокалипсиса.


Последние страницы «Начала истории мира и человека» богослов посвятил роду человеческому после грехопадения. В этой части книги текст развернулся в виде внутреннего диалога с обобщенным Нигилистом нового времени, ни один каверзный вопрос которого не остался без квалифицированного комментария. Например, почему Адам и Ева после грехопадения внезапно устыдились привычной наготы? Ссылаясь на святоотеческую премудрость, Яков Алексеевич дал ошеломительное толкование парадоксальному поведению праотцев. Оказывается, Адам и Ева ужаснулись своей обнаженности, потому, что «до падения их тела сияли тою возвышенною и неувядающею красотой, которая сообщалась им святостию и способностию к бессмертию». По падении в них произошла почти мгновенная и резкая перемена к худшему. Они каким-то трудно постижимым образом отразили произошедший разлад между телом и духом. Тело приняло вид грубого вещества с печатью тления и неминуемой смерти. «Человек облекся в кожаные ризы — тяжелую плоть — и стал трупоносцем».


Труды Якова Богородского можно назвать яркими образцами богословской науки второй половины ХIХ века. Все богословие того времени занималось апологетикой христианства и яростной полемикой с естественно-научным либерализмом. Однако, несмотря на все усилия ревнителей веры, в 1917 году воинствующие материалисты одержали верх. Так что, с точки зрения поэта-пантеиста Тютчева, жизнь профессора Богородского все же удалась: под занавес ему довелось лицезреть сей мир «в его минуты роковые». Но, вероятнее всего, Яков Алексеевич смотрел на происходящую в России заваруху без особого для себя интереса. Как верующему, ему интересно было постигать лишь богочеловеческое в истории, то есть восстановление падшего человека в первоначальное состояние богоподобия. А последние три года жизни пришлось наблюдать прямо противоположное: кровопролитные усилия построить царство материального изобилия на земле — пародию на рай.


Богослов Богородский не стал задерживаться в новой эпохе — ушел в лучший мир в 1920 году. Его многочисленные потомки до сих пор живут в Казани. Часть их — в доме № 42 на улице Волкова. Этот двухэтажный деревянный особняк в швейцарском стиле был построен в 1911 году Алексеем Яковлевичем Богородским. Занятие химией — положительным знанием, исследующим предметы непосредственно видимые и осязаемые, позволило ему выжить при новом режиме и сохранить в период национализации домовладений (с 1917 по 1921 гг.) в собственности дом. Он по сей день является памятником архитектуры, украшающим центр города.


Галина ЗАЙНУЛЛИНА.


Выпуск: № 4-5 (25080)


Добавить комментарий

каи 06.07.2020

В интересах КНИТУ-КАИ

Технический университет начинает принимать целевиков для себя....
1470
исламская-академия 06.07.2020

Первый выпуск в истории академии

3 июля в Болгарской исламской академии состоялся первый выпуск магистров исламских наук....
1610
егэ 02.07.2020

Привычный, но не совсем обычный

Выпускники российских школ после довольно долгого перерыва возвращаются в учебные классы, чтобы сдавать Единый государственный экзамен....
7070
егэ 29.06.2020

Без масок и без права пересдачи

Об особенностях процедуры ЕГЭ-2020 рассказал заместитель Премьер-министра РТ – министр образования и науки Рафис Бурганов....
9030
выездное-совещание 25.06.2020

Первый шаг к новой форме образования

Минтимер Шаймиев провёл 23 июня выездное совещание по вопросам строительства объектов первого полилингвального общеобразовательного комплекса «Адымнар – путь к знаниям и согласию» в г. Казани....
9360
  • Мнение

    Игорь КРУТОЙ, композитор:

    крутой

    Мы очень надеялись, что в конце августа у нас получится провести Международный конкурс молодых исполнителей «Новая волна – 2020» в Казани. К сожалению, пандемия коронавируса и все те ограничения, которые сохраняются во многих странах, изменили планы. Но мы обязательно встретимся с вами в следующем году!

    Все мнения

    Цены на рынках


    Видеосюжет

    Все видеосюжеты
  • Найди свою малую Родину
  • Дни рождения

    7 июля

    Альфред Фирдаусович Закиров (1981), постоянный представитель Татарстана в Азербайджане.

  • Книга жалоб

    02.07.2020
    Крик души
    9390
    Другие жалобы

    История в рисунках и цифрах

    11.01.1930

    11.01.1930

    Газета «Республика Татарстан» («Красная Татария»), №08-11.01.1930

    Другие рисунки и цифры

    СПЕЦСЛУЖБЫ

    112 - Единый номер вызова экстренных оперативных служб 
    спецслужбы
    Единый номер
    всех спецслужб – ВИДЕО

    Архив выпусков

    Архив выпусков (1924-1931)

    Список всех номеров