Еще раз о цене чуткости

print

 

Я сильно заболела, видимо, простудилась. Трое суток под неусыпным надзором то мамы, то сына пыталась сбить высокую температуру, избавиться от ангины и кашля. Тщетно. Пришлось звонить в свою поликлинику. В регистратуре назначили время приема у дежурного терапевта.

 

Пришла. Врач измерил температуру, давление, назначил лечение и отправил на больничный. Потом был второй прием уже у своего участкового терапевта, потом третий – последний.

…Молодая врач, любуясь своим маникюром и одновременно глядя в бумажку с результатами анализа моей крови, сообщила, что не видит никаких воспалительных процессов. Сунула в мои трясущиеся руки закрытый больничный лист и…

«Следующий!»

Сейчас мне очень хочется посмотреть, что же она написала в моей медицинской карте – какое у меня давление, температура, есть ли хрипы в легких, обложен ли язык. Скорее всего, все у меня там, на бумаге, в норме, хотя ни термометра, ни тонометра, ни тем более фонендоскопа она в руки не брала, даже рот не попросила открыть.

И вот я, совершенно «здоровая», с давлением выше 160, задыхаясь от кашля, с воспаленными лимфоузлами тащусь на работу (благо, она рядом с поликлиникой), чтобы сдать лист нетрудоспособности и, выслушав искренние соболезнования, оформить отпуск – все-таки надо было продолжить лечение, хоть уже и без надзора «специалиста».

На следующий день – звонок из бухгалтерии. Извиняясь, мне сообщают, что бюллетень заполнен врачом с ошибками – нужно его вернуть в поликлинику. Глотая слезы, вызываю такси, еду на работу, потом в поликлинику. Моего «здоровья» и истрепанных нервов все-таки хватило на фразу, которую я прохрипела сотрудницам регистратуры, отдавая им испорченный документ: «Этого врача даже в морг нельзя пускать – «клиенты» разбегутся от ее равнодушия». Надо отдать должное этим женщинам: отнеслись к моему состоянию с пониманием, извинились, хотя их вины здесь не было…

Коллеги советовали обратиться с жалобой к руководству поликлиники, к заведующей отделением, в конце концов. Нет, это «сражение» я позорно проиграла – унизительно умолять долечить меня с такой «великолепной» кровью.

Но предстояла еще одна битва!

Задолго до печальных событий я по направлению врача из Зеленодольска записала свою маму на прием к неврологу в госпиталь для ветеранов войн. И вот этот день настал (а я, как известно, в «оздоровительном» отпуске). Ровно в 9.30 мы с мамой подошли к нужному кабинету. В коридоре – невообразимый шум-гам: какая-то женщина трясет своим талончиком, буквально лает на двух сидящих в очереди старичков. Оскорбительные слова летят и в сторону смущенного мужчины средних лет. Тетка регулярно врывается в кабинет, где ей вежливо уже в который раз объясняют, что участники Великой Отечественной войны и воины-афганцы проходят без очереди. И начинается следующая часть «марлезонского балета» – очередные наскоки на несчастных старичков, сотрясание воздуха талончиком, оскорбления и т.д.

Тут уж и я начала «заводиться»: попросила ее успокоиться. Все – у нее появилась новая мишень! Видимо, решила, что я тоже участвовала в боях под Кандагаром и имею право на внеочередной прием. Мама гладит меня по руке, успокаивает. В какой-то момент пытаюсь подняться с диванчика, мама виснет на мне: «Не надо, доча». Она, видимо, решила, что я сейчас пущу в ход свой ридикюль. Нет, я направилась к двери напротив, с табличкой «Оперативный отдел». К сожалению, людей в погонах там не нашла, только милых женщин в белых халатах, которых попросила вызвать службу безопасности – как минимум старичкам и мне грозил инфаркт.

Между тем тетка в очередной раз ворвалась в кабинет врача и в ответ на очередную просьбу дожидаться своей очереди начала остервенело хлопать дверями. Из расположенных рядом помещений в коридор стали выходить обеспокоенные врачи и медсестры. Но тут подоспели две женщины в форме охраны и как-то вежливо сумели угомонить фурию.

К счастью, вскоре из кабинета невролога вышел тот самый афганец, поблагодарил меня за понимание и поддержку. Ушел, и фурия ворвалась в кабинет на «законных» основаниях, а через несколько минут выскочила в коридор и улетела, как мне показалось, на метле.

Мы с мамой зашли в кабинет: врач и медсестра сидели, откинувшись на спинки стульев, и нервно отпыхивались. Как выяснилось, эта особа здесь всем хорошо известна…

Мама осталась в восторге от общения с неврологом, от уровня ее компетенции, профессионализма, просто от доброты и женского обаяния. Ее позвоночник даже как будто стал меньше болеть.

К чему я все это?

Увы, в самых разных местах, особенно в очередях, находятся такие вот тетки. Встречаются, к сожалению, и люди с ледяным сердцем, и не только в медицинском сообществе. Но, поверьте, добрых и отзывчивых больше. И это главное. И не замечать их нельзя. Сделаю самое малое: руководителя, весь коллектив госпиталя для ветеранов войн от всей души поблагодарю через газету за профессионализм, чуткость и человечность. Спасибо им!