Борьба с шумными соседями

print

 

карикатура-соседи

 

Было мне тогда лет не то восемь, не то девять. Жили мы в хрущёвке, и наша с братом комната имела общую стену с квартирой из соседнего подъезда. Туда въехала молодая бездетная пара, обожавшая вечеринки с громкой музыкой, затягивавшиеся за полночь. Аппаратура у них была мощная, слышимость через стенку хорошая, и, как апофеоз, их музыкальные предпочтения, как сейчас говорят, взрывали мой неокрепший, воспитываемый в музыкальной школе на Моцарте с Гайдном мозг. До сих пор меня передергивает, когда вспоминаю все эти «малиновки» с «обручальными кольцами» – «вершины творчества» ВИА семидесятых. Раза три-четыре в неделю полуторалетний брат ревел по полночи, я не высыпался, отец пару раз ходил к ним на профилактическую беседу – без особого результата…

Однажды родители были на работе, я делал уроки, соседи снова врубили свою музыку, я с ненавистью смотрел на розетку, из которой особенно хорошо доносились звуки гадкой попсы, да вдобавок ещё и засифонило табачным дымом… И тут до меня дошло! Вышел на лестничную клетку, вывинтил пробки, разобрал розетку. Точно! Отверстие для розетки было выполнено в железобетонной стене сквозным в соседскую квартиру, и от их электропроводки меня отделяла лишь халтурно выполненная заглушка из алебастра, раскрошившегося от времени…

Недельку спустя у соседей в квартире начало выбивать пробки, как только они врубали аппаратуру на всю мощь. Умеренное по громкости звучание такого эффекта не вызывало. То, что мелкий шкет в соседней квартире вывел провода от их розетки к себе в комнату и каждый раз, когда они делают музыку погромче, он закорачивает их проводку, тренируя, как собак Павлова, в голову им, слава богу, не пришло, и, помучившись пару недель, с громкой музыкой они завязали.

А я плюнул на Гайдна с Моцартом и записался в радиокружок.